Расторжение церковного брака

Брак был установлен Богом при сотворении первых людей, Адама и Евы, ещё до их грехопадения. В браке мужчина и женщина становятся «одной плотию» (Быт. 2:24), и поэтому, согласно замыслу Бога о человеке, расторжение брака невозможно и брачный союз неотменим. Но после грехопадения его последствия сказались на всей жизни человечества, в том числе и на жизни семейной. К сожалению, расторжение браков стало неотъемлемой частью жизни греховного человечества и, чтобы уменьшить зло, появилась необходимость законодательного урегулирования разводов.

 

Идеал брака в Ветхом Завете

Несмотря на имевшие место случаи многоженства, в Ветхом Завете нормальным считается именно единобрачие. Только такие браки Библией приводятся в качестве примеров счастливой семейной жизни (Притч. 12:4; 19:4; 31:10 и далее; Пс. 127). Единобрачие считалось наиболее угодным Богу, поэтому  ветхозаветному священнику запрещалось брать в жены разведённую или вдову (Лев. 21:7; 21:14).

Единственный и нерасторжимый брак пророки Соломон, Осия, Исаия и Иеремия символически сравнивали с заветом между Богом и ветхозаветной Церковью (Песнь песней, Ис. 62:4-5; Иер. 2:2). Супружескую измену пророк Осия приводит как образ неверности людей Богу (Ос.1:11; 2:1-23).

 

Расторжение брака в Ветхом Завете

Ветхозаветный брак не освящался религиозным обрядом, не являлся церковным таинством в новозаветном понимании, хотя и сопровождался принятыми на Востоке сложными церемониями, праздником (Мф. 25:1-13), благословением родных (Быт. 24:60) и народа (Руф. 4:11-12). В первую очередь брак в Ветхом Завете рассматривался как имущественно-правовой завет или договор между двумя семьями. Хотя Господь считал расторжение брака злом (Мал. 2:13-16), закон Моисея допускал разводы, снисходя к жестокосердию ветхозаветных людей (Мк. 10:2-9) [1]. В двух случаях развод не допускался: когда у пары была добрачная близость (Втор. 22:29) и когда муж после первой ночи ложно обвинил супругу в отсутствии девственности (Втор. 22:19).

Ветхозаветный закон инициативу развода, как правило, предоставлял мужчине: «Если кто возьмет жену и сделается ее мужем, и она не найдет благоволения в глазах его, потому что он находит в ней что-нибудь противное (по-славянски «обрете в ней срамное дело»), и напишет ей разводное письмо, и даст ей в руки, и отпустит ее из дома своего, и она выйдет из дома его, пойдет, и выйдет за другого мужа» (Втор. 24:1-2). Причина потери «благоволения» женщины перед мужем четко не обозначена, и это давало повод для произвольных толкований. Во времена Исуса Христа мужчины разводились со своими женами «по всякой причине» (Мф. 19:3), то есть по любому поводу [2]. Однако и права женщины в какой-то мере защищались законом. После развода жена должна была получить от мужа официальный документ — разводное письмо, дающее ей право на другое замужество.

Жена, с которой развелся муж, имела право вторично выйти замуж, причем, даже в случае её развода со вторым мужем или его смерти, первый муж уже не мог повторно на ней жениться. Для него бывшая разведённая жена считалась осквернённой, женитьба на ней объявлялась «мерзостью перед Господом» (Втор. 24:3-4). Это должно было предостеречь мужей от опрометчивого расторжения брака [3]. Муж должен был официально на открытом разбирательстве дела «старейшинами того города» (Втор. 22:18, Руфь 4: 1-2, 11), в присутствии «всего народа» и свидетелей объяснить, почему жена потеряла его «благоволение». Пророк Иеремия аллегорически описывает такой бракоразводный процесс, в котором прелюбодеяние жены приводит в качестве основания для расторжения брака, как пример неверности Израиля Господу (Иер 2:9; 3:8). При этом не стоит забывать, что прелюбодеяние по закону Моисея каралось смертью (Лев. 20:10, Втор. 22:22), однако пострадавшая сторона, вместо смертной казни виновных, могла согласиться на денежное возмещение (Притч. 32:35) и последующий развод.

Женщина находилась в подчиненном положении, и Ветхий Завет допускал многоженство. При этом женщина, в отличие от мужа, не имела право «по всякой причине» разводиться с ним. Однако жена имела определённые права и «не должна лишаться пищи, одежды и супружеского сожития» (Исх. 21:10), то есть того, что обычно предусматривалось брачным договором. В противном случае жена имела право уйти от мужа, то есть расторгнуть брак, «даром, без выкупа» (Исх. 21:11).

Подводя итог, можно сказать, что Ветхий Завет допускал четыре причины для развода супругов, являющиеся нарушением супружеского договора: прелюбодеяние («срамное дело»), оставление без пищи, одежды и супружеского сожития.

 

Учение Исуса Христа о расторжении брака

Во времена, предшествующие проповеди Исуса Христа, среди иудейских книжников шли споры о разводах. Существовало два разных мнения на этот счет. Школа раввина Шаммая причиной развода допускала безнравственные поступки жены, супружескую неверность, но имела мало последователей. Мужчинам-иудеям гораздо больше нравилось учение школы раввина Гиллея, согласно которому слова закона о допустимости для мужа развестись с женой из-за «чего-нибудь противного» ему истолковывались как допустимость развода по любой, самой незначительной причине (например, из-за пережаренной пищи).

Именно такое понимание развода подразумевали искушавшие Спасителя фарисеи, задавая Ему вопрос: «по всякой ли причине позволительно человеку разводиться с женою своею?» (Мф. 19:3). По существу, Его спрашивали, как он относится к спору между учениками Гиллея и Шаммая. Господь Исус Христос напомнил вопрошавшим его книжникам, что изначально, от сотворения мира и людей, брак установлен Богом как таинственный нерушимый союз мужчины и женщины, в котором «они уже не двое, но одна плоть» (Быт. 1:27, 2:24, Мф. 19:6). Нерасторжимость брака есть изначальный замысел Бога о человеке. И в своей проповеди Исус Христос выступил против ставшей привычной для многих мужчин легкости расторжения браков.

Разводы позволены в законе Моисея «по жестокосердию» иудеев, «а сначала не было так» (Мф. 19:8). Поэтому ставшее привычным для них расторжение брака по «всякой причине» Богу неугодно: «Итак, что Бог сочетал, того человек да не разлучает» (Мф. 19:4-8). «Всякий, разводящийся с женою своею и женящийся на другой, прелюбодействует, и всякий, женящийся на разведенной с мужем, прелюбодействует» (Лк. 16:18).

Однако Спаситель не отвергал возможность развода в принципе.

В Евангелии также сказано: «Кто разводится с женою своею, кроме вины прелюбодеяния, тот подает ей повод прелюбодействовать; и кто женится на разведенной, тот прелюбодействует» (Мф. 5:32, Мф. 19:9). Исус Христос как Законодавец подтвердил, что именно это было основанием для развода в законе Моисея [4]. В словах Христа нет противоречия. Развод недопустим по «всяким» несущественным причинам, как это было привычно для иудеев, но возможен «по вине прелюбодеяния», которое фактически уничтожает брачное единство.

Надо отметить, что прелюбодеяние, супружеская измена — более тяжкий грех по сравнению с блудом, незаконными связями людей, не состоящих в браке, так как прелюбодеяние оскверняет семью.

 

Высокое учение Нового Завета о браке

Новый Завет подтвердил учение ветхозаветных пророков о том, что брак есть таинственный образ союза Церкви с Богом (Мф. 9:15, Иоанн 3:29, 2 Кор. 11:2). В Апокалипсисе Церковь названа «женой, невестой Агнца» (Откр. 21:9, 19:7, 22:17). Апостол Павел призывает мужей-христиан любить своих жен, «как и Христос возлюбил Церковь», а жен повиноваться своим мужьям во всем, «как Церковь повинуется Христу» (Еф. 5:24-25). Христианские семьи, в которых муж и жена стали, по слову Господа, «двое одна плоть», через причастие таинственно становятся телом, плотью Христовой. Поэтому свое учение о браке апостол Павел завершает словами о Церкви: «Тайна сия велика; я говорю по отношению ко Христу и к Церкви» (Еф.5:24-32).

Апостол Павел подтверждает и даже усиливает утверждение ветхозаветных пророков, что блуд есть измена Богу. «Разве не знаете, что тела ваши суть члены Христовы? Итак, отниму ли члены у Христа, чтобы сделать их членами блудницы? Да не будет! Или не знаете, что совокупляющийся с блудницею становится одно тело с нею? Ибо сказано: два будут одна плоть. А соединяющийся с Господом есть один дух с Господом» (1 Кор.6:15-17).

 

Отношение к браку в ранней Церкви

В Церкви Нового Завета был распространён аскетический идеал безбрачия и полного посвящения христианина Господу. Эти настроения усиливались в эпоху гонений, когда у первых христиан были сильны эсхатологические настроения, ожидание скорого Второго пришествия, «нового неба и новой земли» (Откр. 21:1). «Время уже коротко, так что имеющие жен должны быть, как не имеющие» (1 Кор. 7:29), — писал апостол Павел. «Я хочу, чтобы вы были без забот. Неженатый заботится о Господнем, как угодить Господу; а женатый заботится о мирском, как угодить жене» (1 Кор. 7:32-33).

Безбрачие, девство, начиная с апостольских времён и в последующем, вплоть до наших дней, рассматривается Церковью как наиболее возвышенное состояние, идеал христианской жизни [5]. Однако безбрачный путь не для всех христиан, а для избранных, которые, по словам Господа, «могут вместить» (Мф. 19:12). «Дух бодр, плоть же немощна» (Мф. 26:41). «Не все вмещают слово сие, но кому дано» (Мф. 19:11). Поэтому Христос освятил брак, присутствуя на браке в Кане Галилейской (Ин. 2:1-11) [6].

Апостол Павел также одобрял христианский брак: «Хорошо человеку не касаться женщины. Но, во избежание блуда, каждый имей свою жену, и каждая имей своего мужа» (1 Кор.7:1–2). «Брак честен и ложе нескверно: блудником же и прелюбодеем судит Бог» (Евр.13:4). Более того, запрещающих вступать в брак апостол Павел называл «лжесловесниками, сожженными в совести своей» (1 Тим.4:3–2) и считал такие взгляды одним из признаков конца времён.

Церковные каноны отлучают от Церкви тех, кто «удаляется от брака не ради подвига воздержания, но по причине гнушения» [7].

 

Ранняя христианская Церковь против произвольного расторжения брака

Первоначально отношение к разводам в раннехристианской Церкви было отрицательное. «Соединен ли ты с женой? не ищи развода» (1 Кор.7:27), — писал апостол Павел.

Возникшая после проповеди апостолов первоначальная христианская Церковь состояла из уверовавших язычников, причём в первые века христианства заключение и расторжение брака осуществлялось не Церковью, а государством на основании враждебных христианству римских законов, допускавших легкое расторжение брака как мужчинами, так и женщинами. В эту эпоху в Римской империи среди свободных граждан преобладало заключение брака путём простого добровольного соглашения. Расторжение такого брака было возможно как по воле мужа, так и по воле жены, а также по взаимному согласию супругов. Для совершения развода было достаточно объявления о разводе перед свидетелями, письменного соглашения, фактического прекращения совместного проживания [8]. «Расторжение брака предоставлялось всецело воле супруга. Как только мужу или жене желательно было, в силу своих личных расчетов, расторгнуть брачную связь, они посылали — муж жене или жена мужу — письменное заявление, <…> причем муж предлагал жене: «жена, делай что хочешь», или жена мужу: «муж, делай что хочешь», и этим брак уже считался расторгнутым» [9].

В связи с общим моральным разложением римского общества беспричинные разводы стали общественным бедствием. «Цицерон развелся с Теренцией, несмотря на её добродетели, чтобы уплатить свои долги. Великий моралист Сенека не был чужд общей слабости века. Павел Эмилий на вопрос, почему он разводится с умной и прекрасной Папирией, ответил: «Мои башмаки новы, хорошо сделаны, а однако же я должен их переменить. Никто не знает, где они меня жмут». Разводились под всевозможными предлогами: вражды с родными жены, старости последней, болезни, увядшей красоты и пр. Женский пол не отставал в безнравственности от мужского» [10]. Это приходило в противоречие с учением Церкви о браке, «колебало и даже разрушало весь евангельский строй» семейной жизни верующих. «Естественно, что, при таких условиях брачной недисциплинированности, легально покровительствуемой и юридически ненаказуемой, открывался широкий и неудержимый простор, столь соблазнительно притягательный для слабой человеческой природы. Понятно, что тогда церковной власти необходимо было энергически и преимущественно настаивать на священной нерасторжимости брачных связей, чтобы предохранить христиан от расхищения стихией распущенного мира» [11].

Святители Церкви всячески делали всё для предотвращения распада христианской семьи. «Я не хочу сделаться ненавистным, своею рукою и своим словом утвердив развод; лучше быть посредником соединения и дружбы, нежели раздора и разрыва житейских уз», — писал святитель Григорий Богослов [12].

Запрет на вступление во второй брак также рассматривался в качестве меры, удерживающей от развода, позволяющей сохранить семью. Поэтому апостол Павел призывал, обращаясь к свой пастве: «А вступившим в брак не я повелеваю, а Господь: жене не разводиться с мужем, если же разведется, то должна оставаться безбрачною, или примириться с мужем своим, — и мужу не оставлять жены своей (1 Кор.7:10)».

Апостол от семидесяти Ерма писал, что если муж отпустит жену даже по причине прелюбодеяния, то он после этого не вступает в новый брак и «останется один» [13].

Учитель западной Церкви блаженный Августин писал: «Ибо Христом и Церковью охраняется то, чтобы человек живущий, покуда он жив, никогда никаким разводом не мог бы быть отделен от своей супруги» по причине, например, бесплодия [14].

Иероним Стридонский так истолковывал евангельский запрет Господа на разводы «не за прелюбодеяние»: «Жены составляют великое бремя, если нельзя их отпускать [по другой причине], кроме прелюбодеяния [с их стороны]. Что же, в самом деле, если жена будет предаваться пьянству или будет гневлива, или дурного нрава, или прожорлива, или не усидчива [ветреная, непостоянная, непоседа], или сварлива, или злоречива, ужели и жену такого рода должно терпеть [при себе]? Хотим ли мы или не хотим, но она должна быть удерживаема; так как мы были свободны и добровольно подчинились этому рабству» [15].

Свт. Иоанн Златоуст, противопоставляя легкость расторжения брака по римским законам и евангельское утверждение «что Бог сочетал, того человек да не разлучает» (Матф.19:6), в некоторых своих сочинениях также высказывал мнение о нерасторжимости брака при жизни обоих супругов. «Рабам позволительно переменять живых господ, а жене непозволительно переменять мужей при жизни мужа, потому что это прелюбодеяние. Не указывай мне на законы, постановленные внешними, дозволяющие давать запись отпущения и разводиться. Не по этим законам будет судить тебя Бог в тот день, а по тем, которые Он Сам постановил…» [16].

Впрочем, из других сочинений свт. Иоанна Златоуста следует, что он допускал развод в случае прелюбодеяния. «Это нарочитое ударение на одну принципиальную сторону (нерасторжимости брака) вызывалось самой эпохой и не должно заслонять от нас возможностей исключения» [17].

48-ое апостольское правило предписывает: «Аще который мирянин, изгнав свою жену, поймет иную, или иным отринутую: да будет отлучен». «Здесь собственно повторяется заповедь Христова в Мф. 5:32, но изъятие оговорки «кроме вины прелюбодеяния» показывает, что и самый канон этот нельзя толковать в абсолютном смысле. И действительно, Зонара, Аристин и Вальсамон относили его к оставлению нелегальному, без вины»[18].

 

Причина расторжения брака в ранней Церкви

На основании одностороннего толкования высказываний Христа и апостола Павла о нерасторжимости брака по «всякой» произвольной причине в римско-католической церкви впоследствии появилось ложное учение, согласно которому церковный брак при жизни супругов нерасторжим и упраздняется только смертью одного из супругов [19]. Однако древняя неразделённая Церковь как на Западе, так и на Востоке признавала, при определённых обстоятельствах, возможность расторжения брака. Это учение впоследствии сохранила Православная Церковь. Она основывалась на словах Спасителя в Евангелии (Матф. 5:32 и 19:9), допускающих развод по вине любодеяния одного их супругов, а также на высказывании в ветхозаветной книге Притчей Соломона: «Иже изгонит жену добру, изгонит благая: держаи же любодейцу безумен и нечист» (Притч. 18:23) [20].

Апостол Павел, хотя прямо не говорил о возможности развода, но подтверждал, что христианский брак подразумевает выполнение условий, ранее предусмотренных Ветхим Заветом: мужья должны кормить, одевать своих жен и разделять с ними супружескую любовь. «Должны мужья любить своих жен, как свои тела: любящий свою жену любит самого себя. Ибо никто никогда не имел ненависти к своей плоти, но питает и греет её» (Еф. 5:28-29). «Жена не властна над своим телом, но муж; равно и муж не властен над своим телом, но жена. Не уклоняйтесь друг от друга, разве по согласию, на время, для упражнения в посте и молитве, а потом опять будьте вместе, чтобы не искушал вас сатана невоздержанием вашим» (1 Кор.7:4,5).

Понимая брак как вечный союз двух людей, православная Церковь признавала, что он фактически упраздняется грехом, супружеской изменой, прелюбодеянием. «Итак, отниму ли члены у Христа, чтобы сделать их членами блудницы? Да не будет! <…> совокупляющийся с блудницею становится одно тело с нею» (1 Кор.6:15), — писал апостол Павел.

 

Святые Отцы и учителя Церкви о расторжении брака по причине прелюбодеяния

Очень многие Святые Отцы, учителя Церкви и христианские писатели признавали прелюбодеяние причиной для расторжения брака. Об этом писали: апостол Ерма, Тертуллиан, бл. Августин Иппонийский, бл. Иероним Стридонский, свт. Иоанн Златоуст, свт. Василий великий, свт. Климент Александрийский, свт. Епифаний Кипрский, свт. Феодорит Кирский, свт. Астерий Амасийский, свт. Иларий Пиктавийский, бл. Феофилакт Болгарский [21].

Апостол от семидесяти Ерма: «Доколе муж не знает греха своей жены, он не грешит, если живет с нею. Если же узнает муж о грехе ее, а она не покается в своем прелюбодеянии, то муж согрешит, живя с нею, и сделается участником в ее прелюбодеянии. <…> Пусть муж отпустит ее и останется один» [22].

Христианский писатель Тертуллиан: «Он (Господь) вовсе воспретил (брать в жены) других» после прелюбодеяния первой жены. «Что и у тебя (Маркион) делает супруг, если его жена совершила прелюбодеяние? Неужели он держит ее? Но, как ты (Маркион) знаешь, и апостол Павел не позволяет приобщать блуднице члены Христовы (сp. 1 Кор. VI, 15-16). Итак, законность развода имеет своим поручителем и Христа… Кроме вины прелюбодеяния, Бог не разлучает того, что Сам сочетал», а при нём происходит полное расторжение брака [23].

Блаженный Иероним Стридонский: «Только одно прелюбодеяние [жены] пусть превозмогает над склонностью к жене. И, притом, когда жена разделит одну плоть на две и через прелюбодеяние отделится от мужа, тогда она не должна быть удерживаема [мужем], чтобы муж не подпал проклятию слов Писания: «Кто удерживает прелюбодействующую, тот не разумен и нечестив» (Притч. 6:32–33). Итак, где ни обнаружится прелюбодеяние, или даже только подозревается, там жена отпускается свободно» [24].

Основатель западного богословия блаженный Аврелий Августин признавал возможность развода после прелюбодеяния: «Мужчина и женщина, связанные супружескими узами, продолжали жить нераздельно до самой смерти; и не разрешается расторгать брак иначе, как по причине прелюбодеяния (Мф. 5: 32)». При этом бл. Августин считал, что даже в случае прелюбодеяния супруги могут помириться, воссоединиться и сохранить брак: «Между живыми супругами сохраняются брачные узы, которые не могут быть уничтожены ни разлукой супругов, ни связью одного из супругов с кем-либо другим. Брачные узы остаются законными при совершении преступного прелюбодеяния одним из супругов, если формально брак будет сохранен» [25].

Допускал развод по причине прелюбодеяния и свт. Иоанн Златоуст: «В случае прелюбодеяния жены изгоняющий ее муж не осуждается, потому что брак уже разрушен и оба лица (живя вместе) растлеваются. Впадшая однажды в прелюбодеяние не чиста; если же прилепляющийся блуднице есть одно тело с нею (1 Кор. VII, 16) и сам делается нечистым, то чрез это они оба лишаются чистоты… После прелюбодеяния муж уже не муж» [26]

«Как жесток и несправедлив тот, кто отпускает чистую, так безумен и неизвинителен и тот, кто удерживает блудницу (Притч. 18:23), ибо скрывающий преступление жены есть уже покровитель ее распутства» [27].

Современник Златоуста, епископ Амасийский Астерий: «Если кто выставит на вид вину прелюбодеяния и на нее сошлется в оправдание развода, то я тотчас приму защиту обиженного и, приготовив обвинительную речь против прелюбодейцы, выступлю — вместо противника мужу — добрым защитником его, похваляя бегущего от коварной и разрывающего узы, которыми он связан с аспидом или ехидной. Таковому первым дает разрешение Творец всего, как действительно оскорбленному и законно прогоняющему язву от своего дома и очага. Ведь брак заключается по двум причинам: ради любви (взаимной) и чадорождения, но ни одна из них не сохраняется с прелюбодеянием: поелику любви нет, если благорасположение склоняется к другому, а равно уничтожается и благо чадорождения, когда происходит смешение детей» [28].

Свт. Епифаний Кипрский: «Не могущий ограничиться одной, коль скоро она умрет или будет отлучена (от мужа) по какому-нибудь поводунапр. любодеяниюпрелюбодеянию или, вообще, по вине тяжкой, и сочетавающийся с другою женой или жена со вторым мужем ни божественным Словом не осуждается, ни от Церкви и жизни не исключается, но терпится по снисхождению к немощи; только чтобы кто не имел двух жен одновременно» [29].

Блаженный Феофилакт Болгарский: «Творец природы… воспрещает разрешать брак, но указал одну причину к расторжению, разрывающую союз в самом существе. Ибо говорит: всяк отпущай жену свою, разве словесе любодейного, творит ю прелюбодействовати, и иже пущеницу пойметпрелюбодействует (Мф. V, 32). Посему и в жене нужно переносить все неприятное, если, например, она болтлива, пьяница или бранлива; но раз она явно пренебрегает законами брака и ищет другого (союза), тогда повелевается расторгать супружество»[30].

По словам Евфимия Зигабена, Спаситель «повелел изгонять только одну блудную или прелюбодейную жену…, потому что всякая другая вина допускает врачевание, а лишь эта неисцелима» [31].

Видный ученый, богослов и канонист профессор Н. Н. Глубоковский так обобщал святоотеческое учение о возможности расторжения церковного брака: «Из всех собранных данных вытекает, что и  каноническая традиция категорически допускала развод по прелюбодеянию и даже дозволяла новый брак для невинного, хотя бы он отошел и по причинам менее уважительным. Этим подтверждается и наш тезис, добытый экзегетическим путем, что при прелюбодеянии происходит полное прекращение брачной связи, освобождающее непорочного для нового супружества. И вся причина в том, что это преступление совершенно поражает существеннейшие брачные элементы, потрясает самую основу брачного сочленения, поскольку оно должно быть абсолютным таинственным единением сочетавшихся, — малою церковью двух, где пребывает Христос и где воспроизводится Его взаимная любовь с верующими. В силу этого и прелюбодеяние подрывает и губит самый корень брака. Для бесповоротного разрыва супружеского союза еще мало наличности прелюбодеяния, <…> необходимо закоснелое упорство любодействующего, закоренелость его в пороке и нежелание возвратить себе расположение поруганного. Отсюда для пострадавшего вытекает обязанность, чтобы он всячески стремился к примирению и устроению нормального порядка. <…> Но тогда, как церковная власть и обиженный исчерпывают все средства вразумления, невинный вполне освобождается от прежних супружеских обязанностей для новых» [32]

 

Второй брак в ранней Церкви

Возможность развода неразрывно связана с возможностью вступления во второй брак после развода для невиновной, пострадавшей стороны. Поэтому необходимо рассмотреть отношение ранней Церкви к самой возможности второго брака для христиан.

Восточная Церковь понимала брак как вечный союз, который не прекратится в вечности: «Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится» (1 Кор. 13:8). Поэтому один и единственный брак на всю жизнь был и является идеалом для Церкви.

Христианские священники должны быть примером для всех верующих, поэтому единобрачие для них является обязательным условием [33]. Поэтому в первоначальной Церкви существовало мнение, что и для мирян  вторые браки недопустимы даже в случае смерти супруга. Его выражал в некоторых своих посланиях апостол Павел. «Остался ли без жены? не ищи жены». «Жена <…> если же муж ее умрет, блаженнее, если останется так, по моему совету», то есть безбрачной, «а думаю, и я имею Духа Божия» (1 Кор. 7:39-40).

Надо сказать, что и в языческом греко-римском мире существовал идеал супружеского посвящения и верности, которая распространялась и на время после кончины супруга [34]. Святитель Иоанн Златоуст в своем слове «К молодой вдове. О воздержании от второго брака» также призывает вдов не вступать во второй брак. Он вдохновлялся примером своей матери-христианки Анфусы, которая в двадцать лет осталась вдовой и не выходила потом замуж, посвятив свою жизнь воспитанию сына [35]. Однако уже в первохристианские времена Апостол Павел понимал, что такой подвиг не всем под силу. «Юных же вдовиц отрицайся» (1Тим. 5:11), — писал апостол Павел, напоминая о соблазнах этого состояния. «Безбрачным же и вдовам говорю: <…> если не могут воздержаться, пусть вступают в брак, ибо лучше вступить в брак, нежели разжигаться» (1 Кор. 7:8-9). «Жена связана законом, доколе жив муж ее; если же муж ее умрет, свободна выйти, за кого хочет, только в Господе» (1 Кор. 7:39).

В сборнике конца III — начала IV веков, называемом «Апостольские постановления», относительно «молодых вдовиц, поживших малое время с мужем» сказано: «А женщинам молодым, по кончине первого их мужа, да будет позволен и второй, чтобы не впали они в нарекание диавольское и во многие сети и в безрассудные и вредные для душ похоти, привлекающие более наказание, нежели прощение» [36].

Приведённые выше слова апостола Павла (1 Кор. 7:39) стали основой отношения Церкви к второбрачию вдов и вдовцов, а впоследствии и тех разведённых, которые были невиновны в расторжении брака.


Литература:

[1] По словам свт. Иоанна Златоуста, «законодатель оказал немалое снисхождение, позволив давать разводную; но это было сделано для избежания другого, гораздо большего зла. В самом деле, если бы закон принуждал держать жену и ненавистную, то ненавидящий легко бы мог убить её. А народ иудейский был на это способен. Если иудеи не щадили своих детей, умерщвляли пророков и кровь проливали, как воду, тем более они не пощадили бы жен». Толкование на святого Матфея евангелиста XVII. Полное собрание творений свт. Иоанна Златоустого, том седьмой, книга первая, стр. 196.
[2] Это подтвердил впоследствии свт. Иоанн Златоуст: «Был в Ветхом Завете закон, который всякому, кто не любит жену свою по какой бы то ни было причине, не воспрещал отвергать её и жениться вместо ея на другой». Там же, стр. 195
[3] Как писал свт. Иоанн Златоуст, «Если бы в законе такого повеления не было, и было бы позволено одну жену отпустить, и взять другую, а потом опять возвратить первую, то произошло бы великое смешение; тогда все беспрестанно брали бы жен друг у друга, и это было бы явным прелюбодеянием». Там же, стр. 195-196.
[4] Из слов Спасителя следует, что ученики раввина Шаммая верно понимали смысл заповеди о разводе.
[5] Из христианских писателей и Святых Отцов о превосходстве безбрачия, девства писали, например, Тертуллиан, блаженный Иероним, святители Амвросий Медиоланский, Иоанн Златоуст, Василий Великий и многие другие. При этом они, обличая взгляды отвергающих брак гностиков, подчеркивали высокое достоинство и спасительность христианского брака. 
[6] «Осуждающие брак создали легенду, что новобрачные Каны Галилейской остались девственниками, но эта легенда отнюдь не основана на Священном Писании». Протоиерей Глеб Каледа «Домашняя церковь», часть 8.
[7] 51-е Апостольское правило: «Если кто… удаляется от брака… не ради подвига воздержания, но по причине гнушения, забыв… что Бог, созидая человека, мужа и жену сотворил их, и таким образом, хуля, клевещет на создание, — или да исправится, или да будет извержен из священного чина и отвержен от Церкви». 1-е, 4-е, 9-е и 10-е правила Гангрского собора: «Если кто порицает брак и гнушается женою верною и благочестивою, с мужем своим совокупляющеюся, или порицает оную, как не могущую войти в Царствие [Божие], да будет под клятвою. Аще кто о пресвитере, вступившем в брак, рассуждает, яко не достоит причащаться приношения, когда таковый совершил литургию: да будет под клятвою. Если кто девствует или воздерживается, удаляясь от брака, как гнушающийся им, а не ради самой красоты и святыни девства, да будет под клятвою. Аще кто из девствующих ради Господа будет превозноситися над бракосочетавшимися: да будет под клятвою».
[8] Пашаева Ольга Михайловна «Римское право: конспект лекций» https://law.wikireading.ru/22448
[9] Епископ Никодим (Милаш). «Правила Святых Апостолов и Вселенских соборов с толкованиями». Толкование на правило 48 Святых Апостолов. Зонара, Вальсамон. Толкования на 87 правило Трулльского (Пято-Шестого Собора).
[10] О разводе по русскому праву. Исследование А. Загоровского, доцента Харьковского Университета. Харьков. 1884. стр. 55.
[11] Глубоковский Н.Н. Развод по прелюбодеянию и его последствия по учению Христа Спасителя. С.-Пб. 1895. Стр. 72-73.
[12] «Творения иже во святых отца нашего Григория Богослова». Репринтное издание  1994. Том 2, стр. 482. «К Вириану».
[13] Апостол Ерма, книга «Пастырь», заповедь 4. «О целомудрии и разводе».
[14] Аврелий Августин. Трактат «О супружестве и похоти», глава X.
[15] Блаженный Иероним Стридонский «Толкование на Евангелие по Матфею» глава XIX стих 10.
[16] Иоанн Златоуст. Беседа на слова апостола Павла: «Жена связана законом, доколе жив муж ее» (1Кор.7:39–40). Полное собрание творений свт. Иоанна Златоустого, том третий, книга первая, стр. 216.
[17] Глубоковский Н.Н. Развод по прелюбодеянию и его последствия по учению Христа Спасителя. С.-Пб. 1895. Стр. 72-73.
[18] Глубоковский Н.Н. Развод по прелюбодеянию и его последствия по учению Христа Спасителя. С.-Пб. 1895. Стр. 49.
[19] Тридентский Собор римско-католической церкви (1545-1563 гг.) постановил, что только брак, совершённый приходским священником в присутствии 2-х или 3-х свидетелей, является законным.
Брак рассматривается римско-католической церковью как юридический контракт, заключаемый двумя сторонами в присутствии священника. На основании высказывания апостола Павла «Замужняя женщина привязана законом к живому мужу; а если умрет муж, она освобождается от закона замужества<…>, если при живом муже выйдет за другого, называется прелюбодейцею» (Рим. 7:2-3) делается вывод, что брак может быть расторгнут только смертью одного из супругов.
Супружество римско-католической церковью рассматривается как уступка человеческой греховности, попущенная для рождения детей. Из слов Христа: «В воскресении ни женятся, ни выходят замуж, но пребывают, как Ангелы Божии на небесах» ((Матфея 22:30) делается ложный вывод, что брак есть чисто земное учреждение, не имеющее продолжение в будущей жизни. Поэтому после смерти одного из супругов количество повторных браков для другого не ограничивается.
Из высказываний Спасителя «Всякий, разводящийся с женою своею и женящийся на другой, прелюбодействует, и всякий, женящийся на разведенной с мужем, прелюбодействует» (Мф. 19:4-8, Лк. 16:18) римско-католической церковью делается ложный вывод о полной нерасторжимости брака, даже в случае прелюбодеяния одного из супругов. 
Слова Христа о возможности развода по вине прелюбодеяния (Мф. 19:9, Мф. 5:32) римско-католическая церковь истолковывает в том смысле, что в них речь идет не о нарушении супружеской верности в браке, а об обнаружении добрачных отношений.
Учение о возможности развода Тридентский собор анафематствовал: «Тому, кто говорит, что Церковь заблуждается, когда учит, что на основании евангельского и апостольского учения брачный союз  не может быть расторгнут по причине измены одного из двух супругов, да будет анафема».
В случае если совместное проживание создает угрозу для здоровья и жизни, может быть получено разрешение на раздельное проживание супругов,  на «разделение от стола и от ложа» без права вступления в другой брак.
Согласно современному катехизису римско-католической церкви разведенные, вступающие во второй брак, «живут во грехе» и пожизненно отлучаются от участия в церковных таинствах, от исповеди и причастия. По церковному трудовому праву католические организации могут уволить служащих за подобную «провинность», а это затрагивает сотрудников многочисленных на Западе католических благотворительных, медицинских и образовательных учреждений.
Нерасторжимость католических церковных браков даже в ситуациях, когда сохранить семью невозможно, создаёт для верующих серьёзные проблемы, и это активно обсуждается на Западе общественностью и СМИ.
[20] Цитата по славянской Библии Острожской Библии, в русском Синодальном переводе сказано: «Кто нашел [добрую] жену, тот нашел благо и получил благодать от Господа» (Притч. 18:23).
[21] Подборка цитат приведена в книге Глубоковский Н.Н. Развод по прелюбодеянию и его последствия по учению Христа Спасителя. С.-Пб. 1895.
[22] Апостол Ерма, книга «Пастырь», заповедь 4. «О целомудрии и разводе».
[23] Глубоковский Н.Н. Развод по прелюбодеянию и его последствия по учению Христа Спасителя. С.-Пб. 1895. Стр. 37-38.
[24] Блаженный Иероним Стридонский. «Толкование на Евангелие по Матфею» глава XIX стих 9.
[25] Аврелий Августин. Трактат «О супружестве и похоти», глава X.
[26] Глубоковский Н.Н. Развод по прелюбодеянию и его последствия по учению Христа Спасителя. С.-Пб. 1895. Стр. 43.
[27] Глубоковский Н.Н. Развод по прелюбодеянию и его последствия по учению Христа Спасителя. С.-Пб. 1895. стр. 43.
[28] Глубоковский Н.Н. Развод по прелюбодеянию и его последствия по учению Христа Спасителя. С.-Пб. 1895. стр. 43-44.
[29] Глубоковский Н.Н. Развод по прелюбодеянию и его последствия по учению Христа Спасителя. С.-Пб. 1895. Стр. 36.
[30] Глубоковский Н.Н. Развод по прелюбодеянию и его последствия по учению Христа Спасителя. С.-Пб. 1895. Стр. 45.
[31] Глубоковский Н.Н. Развод по прелюбодеянию и его последствия по учению Христа Спасителя. С.-Пб. 1895. Стр. 46.
[32] Глубоковский Н.Н. Развод по прелюбодеянию и его последствия по учению Христа Спасителя. С.-Пб. 1895. Стр. 53-54
[33] Второй брак вдовым священнослужителям безусловно запрещается. Согласно апостолу Павлу, священник должен быть «непорочен, единыя жены муж» (Тит. 1:6).

«Церковные законы не допускают в клир второбрачных. «Кто по святом крещении двумя браками обязан был, или наложницу имел, тот не может быти епископ, ни пресвитер, ни диакон, ниже вообще в списке Священнаго чина», — гласит 17-е Апостольское правило.
Поскольку от ставленника требуется абсолютная моногамия, даже брак на вдове или женщине, оставленной своим мужем, т.е. так называемая пассивная бигамия, составляет препятствие к священству. 18-е Апостольское правило гласит: «Вземший в супружество вдову, или отверженную от супружества, или блудницу, или рабыню, или позорищную (актрису. — В. Ц.) не может быти епископ, ни пресвитер, ни диакон, ниже вообще в списке священнаго чина».
Не допускаются к хиротонии и лица, продолжающие сожитие с женою, уличенной в прелюбодеянии: «Аще жена некоего мирянина, прелюбодействовав, обличена будет в том явно, то он не может прийти в служение церковное. Аще же по рукоположении мужа впадет в прелюбодейство, то он должен развестися с нею, Аще же сожительствует, не может касатися служения, ему порученнаго» (8 прав. Неокес. Соб.).
Требование безусловной моногамии Церковь предъявляла к кандидатам священства издревле. Александрийский Патриарх св. Иоанн Милостивый в 641 г. в ответ второбрачному богачу, обещавшему в благодарность за посвящение его в диаконы пожертвовать большую сумму на голодающих, сказал: «Лучше погасить солнце, чем нарушить Божественный закон». А Киевский митрополит Петр Могила в 1663 г. ответил шляхтичам, просившим не лишать второбрачных сана: «Я не смог бы это сделать, если бы это сказал и ангел с неба». Протоиерей Владислав Цыпин. «Каноническое право». М. 2012 г. стр. 293.
[34]«Христианство развивалось и распространялось в греко-римском античном обществе. Дом и семья — основные матрицы во второй половине первого века, где происходило становление римского гражданина, свободного, вольноотпущенника или раба, который принимал благовестие о распятом иудейском Мессии.
Послания апостола Павла отражают римскую реальность того времени: наверху иерархического здания восседает патер фамилиас, чей семейный статус (муж одной жены) отражает как зрелость, так и романтичное чаяние идеального брака в римском обществе.
Вдовы также занимали авторитетное место (естественно, вдов было больше, чем вдовцов). Именно поэтому в пасторских посланиях столько места уделяется вдовам, которые также выполняли определенные лидерские функции в римском доме.
Фраза «муж одной жены» — романтичный идеал греко-римского мира, который указывал на супружеское посвящение и верность, распространяющееся и на время после кончины супруга. Римляне, кстати говоря, называли вдов, которые никогда вновь не выходили замуж univira (жена одного мужа).
Не существовало никого бесчестья в том, чтобы вновь выйти замуж или жениться.
Но подобный идеал воспевался римлянами как в историях, так и в песнях». Виктор Шлёнкин http://mbchurch.ru/publications/articles/15/7877/
[35] В святцах русской Церкви матери Иоанна Златоуста Анфусы нет, но в Элладской Церкви её память греки отмечают 28 января.
[36] Постановления апостольские. Книга третья «О вдовицах», гл. 2.


Автор: Алексей Шишкин

Комментариев пока нет

+

Авторизация

* *
*

Регистрация

*
*
*
*

Проверочный код


Восстановление пароля

В связи с обновлением сайта, просим Вас воспользоваться формой для восстановления пароля от личного кабинета.

Восстановить пароль Зачем мне это?