Понравился материал?

Лучшая благодарность за нашу работу — это подписаться на наши каналы в социальных сетях и поделиться ими со своими друзьями!

Комментарии (2)

    • Сергей Шуйский
      Сергей Шуйский

      ОСАДА СОЛОВЕЦКОГО МОНАСТЫРЯ (1668-1676)

      16-11. По этому восстанию существует большая литература, в том числе и у раскольников. Беспоповец-безбрачник из поморского согласия Семен Денисов описывает это восстание, как единодушный протест «ревнителей за старую веру», каковых насчитывает до 1500 человек. Рассказывает он и о том, что, когда после почти 6-летней осады стрельцы захватили монастырь, то «начали свирепую расправу над иноками» (естественно, совершенно безвинными) и «почти всех истребили: двух старцев четвертовали, прочих жгли, топили, вешали за ребра на крюках» и т. п. Из 1500 человек в живых осталось всего 14. Это описание казней в Соловецком монастыре очень часто используется в антицерковной литературе, но без указания причины, а подается в качестве обычной практики правительства в отношении раскольников. Так и пишут, негодники: мол, Церковь и власти столетиями тысячи русских людей жгли, вешали, топили и на крюки за ребра вешали.

      16-12. Однако, так как сохранилось следственное дело по захвату Соловецкого монастыря раскольниками, то этот апокриф можно проверить документами. Мы не будем описывать ход мятежа, отметим лишь несколько наиболее важных фактов. К началу осады в монастыре по одним сведениям было 300 человек братии и более 400 бельцов, по другим и того меньше — 200 человек братии и 300 бельцов. За годы блокады умерли от цинги и были убиты 33 человека. За «старую веру» встали не все и около трети братии, особенно рядовые монахи и священники, оставались верны Церкви и содержались восставшими под стражею в жестоких условиях. Еще больше монахов были против восстания и вооруженной борьбы. Среди 300 или 400 бельцов были «разных чинов люди»: донские казаки-разинцы, «московские бунтовщики-стрельцы» и беглые боярские люди, уголовники, бежавшие из тюрем и «от смертной казни беглецы». Среди пришлых людей было немало и «розных государств иноземцев: шведы, поляки, турки, татары и они «у воров» (то есть восставших) «лутчие верные люди».

      16-13. Из того же следственного дела выясняется, что инициаторами восстания против Царя были не монахи, но пришлые капитоны и разинцы. О капитонах сообщает в распроссных речах в 1674 г. старец Пахомий: «… А в монастырь… в разиновщину пришли многие капитоны чернцы и бельцы из понизовых городов», то есть со Среднего Поволжья. Капитоны были противниками сдачи монастыря: «А в монастыре заперлись и сели на смерть… и стало у них за воровство (то есть за измену царю) и за капитонство, а не за веру стоять». Из этих показаний соловецкого монаха видно, что в то время «староверы» еще не смешались с капитонами и отличали «старую веру» от ереси капитонства. Но уже тогда капитоны сильно влияли на братию, потому что, как выяснилось в процессе следствия, в монастыре распространилось учение капитонов об антихристе: говорили, будто патриарх Никон антихрист и желает стать «папой» (Заметим, что обвинение в папизме повторяет и обер-прокурор Синода А.В.Карташев в своих «Очерках по истории Церкви»).

      16-14. Разинцы еще в 1670 г. стали приходить в Соловецкий монастырь, а особенно много их стало после подавления бунта Разина и его поимки (см. карту на рис. 11). В монастыре встречали их радушно, и вскоре они возглавили оборону монастыря. Митрополит Сибирский Игнатий пишет, что в монастырь из Астрахани, где они сбросили с колокольни архиепископа Иосифа, пришли «спомощники Разина», «тогда убо уже и братству, и инокам и бельцам, волю свою отъяша, и поставиша себе начальником Фадейку Кожевника и Ивашку Сарафанова, и начаша быти во всем противны не токмо святой Церкви хулами, но и благочестивого царя не восхотеша себе в государи имети». Именно разинцы «называли Соловецкий монастырь своим монастырем, а великого государя землю называют только по монастырь»; они же «за великого государя священникам Бога молить не велели… а про великого государя говорят такие слова, что не только написать, но и помыслить страшно». Немоление за царя в те времена рассматривалось, как государственное преступление, а потому с1673 г. осада ужесточилась. Но монастырь был взят лишь через три года в 1676 г.

      16-15. Все приведенные здесь сведения взяты из статьи Н.В.Синицыной «К истории русского раскола XVII в.», там же даны и ссылки на источники («История русской Церкви» митрополита Макария, кн.VII, стр. 501-531). Замечательна концовка этой статьи: «Жестокая расправа с участниками восстания не прекратила распространения старообрядчества, а напротив, способствовала его усилению; политическое и военное участие государства в конфликте, по происхождению религиозном и внутрицерковном, провоцировало действия, придававшие сопротивлению социальное и политическое звучание». Фраза выдержана в академическом обтекаемо-двусмысленном стиле, и из нее читатель должен понять, что государство само спровоцировало 6-летнее восстание (или неподходящее «звучание» оного) тем, что после 12-летних увещеваний (с 1658 по 1670 гг.) послало войска, чтобы взять крепость-монастырь, к этому времени уже захваченный хорошо вооруженными бандитами, участниками только что подавленного кровавого бунта. Автор также дает понять, что жестокая расправа имела цель прекратить «старообрядчество», но стрельцы и их полковник Мещеряков вовсе об этом не думали. В их задачу входило подавить мятеж против Царя. Мятежи во все времена и во всех странах подавляются с особой жестокостью, и государство до сих пор не научилось «соблюдать право человека на измену». Называть церковный раскол «религиозным конфликтом» и его распространение ставить в зависимость от степени жестокости озверевших от многолетней осады стрельцов, нехорошо.

      Более подробно:
      http://www.domarchive.ru/books/raskol/raskol_3/2350

+

Авторизация

* *
*

Регистрация

*
*
*
*

Проверочный код


Восстановление пароля