Богословские вопросы

Спаси Христос за вопрос. Радостно, что Вы стремитесь подробнее узнать православное учение о христианских, евангельских добродетелях. К Евангелию мы и обратимся. 

Господь говорит:  «Научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем и обрящете покой душам вашим» (Мф.11:29). А о терпении говорит, разъясняя притчу о сеятеле: «Упавшие (семена) на добрую землю, это те, которые, услышав слово, хранят его в добром и чистом сердце и приносят плод в терпении» (Лк. 8:15). Апостол Пётр призывает: «Прилагая к сему все старание, покажите в вере вашей добродетель, в добродетели рассудительность, в рассудительности воздержание, в воздержании терпение, в терпении благочестие, в благочестии братолюбие, в братолюбии любовь» (2 Пет. 1:5-7). Вспомним великопостную молитву святого Ефрема Сирина, в которой мы просим у Бога даровать нам дух смирения, терпения и любви. 

Из этих кратких цитат видно, что смирение и терпение — разные добродетели. Но при этом все они взаимосвязаны между собой, равно как и греховные страсти. Поясним на примере. Молодой христианин борется с духом блуда, с помыслами, претерпевает искушения, не склоняется на грех. Такое терпение возможно только при смиренном принятии воли Божией, выраженной в заповеди: «Не прелюбы сотвори» (Исх. 20:14). Но в свою очередь, претерпевая искушения, человек познает свою немощь, смиряется пред Богом и уже не высоко мудрствует о самом себе, не превозносится над ближним.

Конечно, сложно в коротком ответе изложить учение о смирении и терпении. Отсылаю Вам к трудам упомянутого нами преподобного Ефрема Сирина. У него есть замечательные слова «О добродетелях и пороках», «О терпении», «О том, как приобретается человеком смиренномудрие», «О смиренномудрии». Прочтите слово преподобного Нила Синайского «К Евлогию монаху о пороках, противоположных добродетелям». Читайте эти наставления богоносных отцов и начинайте следовать им. 

А чтобы и сейчас не оставить Вас без духовного назидания, приведу цитаты из творений преподобного Иоанна Кассиана Римлянина на интересующую Вас тему. 

«О притворном смирении. … Притворное смирение авва Серапион в одно время хорошо обличил. Однажды пришел к нему человек, который видом и словами показывал большое самоуничижение; старец по обычаю пригласил его совершить с ним молитву; тот, никак не соглашаясь на его просьбу, кланяясь, уверял, что он подвержен стольким грехам, что недостоин даже дышать этим общим воздухом, и не садился на рогожу, но только на землю, а тем более не согласился на омовение ног. По окончании обеда, когда обычай призывал к собеседованию, авва Серапион начал кротко, благосклонно увещевать его, чтобы он праздным бродягою, особенно когда он так молод и здоров, по легкомысленному непостоянству не расхаживал повсюду, но, сидя в келье, по правилам старцев содержался лучше своим трудом, нежели на чужой счет. Этого не допускал и апостол Павел, и хотя за труд проповеди Евангелия он имел право на пропитание от других, однако лучше хотел день и ночь работать, чтобы своими руками приготовлять ежедневное пропитание себе и тем, которые служили ему, а работать не могли. На это он так оскорбился и опечалился, что не мог скрыть досаду в сердце, не обнаружить в лице. Старец сказал ему: сын мой! ты приписывал себе все тяжкие преступления, не боясь бесславия столь грубых пороков, навлекал на себя худое мнение; почему же теперь на наше простое увещевание, которое не только не содержит в себе никакого поношения, но и выказывает желание назидания и любви, ты, как вижу, возмутился таким негодованием, что не мог не обнаружить его и на лице, не мог даже притворно показывать вид спокойный? Или, может быть, когда ты уничижал себя, не ожидал ли, что я выскажу изречение: «первый в тяжбе своей прав» (Притч.18:17)? Потому надо стяжать истинное смирение сердца, которое состоит не в притворстве наружном и на словах, а в искреннем уничижении духа. Оно проявится в ясных признаках терпения не тогда, когда кто-либо сам будет тщеславиться своими пороками, невероятными для других, но когда не оскорбится, если припишут ему другие, и с кротостью сердца, благодушием перенесет обиды, причиненные другими».

«Вопрос: как может быть приобретено истинное терпение?

Авва Пиаммон ответил. Истинного терпения и благодушия ни приобрести, ни сохранить нельзя без сердечного смирения. Если оно будет происходить из этого источника, то не будет нуждаться ни в пособии кельи, ни в удалении в пустыню. Ибо оно не нуждается во внешних подобиях, когда внутри основывается на добродетели смирения, т. е. родительницы и охранительницы его. Если же мы возмущаемся от оскорблений других, то в нас нет основания смирения, прочно утвержденного; поэтому здание наше может разрушиться и от малой бури. Ибо не то терпение бывает похвально и удивительно, если не уязвляемое никакими стрелами врагов будет сохранять спокойствие; но то будет славно, которое при нападении на него бури искушений останется непоколебимым. Ибо чем больше кто удручается и сокрушается несчастьями, тем лучше он укрепляется, и тем больше изощряется, чем больше ударов получает. Ибо всякий знает, что терпение состоит в перенесении страданий [1], и терпеливым должен называться только тот, кто без ропота переносит все наносимые ему оскорбления. Поэтому справедливо Соломон говорит: «долготерпеливый лучше храброго, и владеющий собой лучше завоевателя города» (Притч.16:32). Еще: «У терпеливого… много разума, а раздражительный выказывает глупость» (Притч.14:29). Итак, если кто, будучи обижен, воспламеняется гневом, то горечь нанесенного оскорбления надо считать не причиною греха, а обнаружением сокровенной немощи. Об этом Спаситель говорит в притче о двух домах (Мф.7), один из которых построен на камне, а другой на песке, и на которые одинаково напали буря, дождь и наводнение; но основанный на твердом камне не потерпел никакого вреда от сильного напора, а построенный на рассыпчатом песке тотчас разрушился. Очевидно, что он разрушился не от дождя или потока, а потому, что неразумно был построен на песке; ибо от этой же бури не падает дом, основанный на камне. И святой человек искушается подобно грешнику, но они друг от друга отличаются тем, что первого не побеждают и сильные искушения, а последний падает и от малого. И праведника нельзя было бы похвалить за мужество, если бы он побеждал без искушения, так как победа не может иметь места без борьбы с противником. «Блажен человек, который переносит искушение, потому что, быв испытан, он получит венец жизни, который обещал Господь любящим Его, говорит апостол Иаков» (Иак.1:12). И по апостолу Павлу добродетель усовершенствуется не в праздности и удовольствиях, а в немощи (2 Кор. 12:9). «И вот, Я поставил тебя ныне укрепленным городом и железным столбом, и медною стеною на всей этой земле, против царей Иуды, против князей его, против священников его и против народа земли сей. Они будут ратовать против тебя, но не превозмогут тебя; ибо Я с тобою, говорит Господь (пророку Иеремии), чтобы избавлять тебя» (Иер.1:18–19).

Вы, вероятно, слышали уже слова православных христиан о том, что вне Церкви нет спасения. Видимо, вам такая позиция кажется негуманной по отношению к добродетелям человека, будь он протестант или католик. Поэтому вы хотели бы знать мнение старообрядцев по этому вопросу.

Бог есть Судия всякому человеку. Но давайте порассуждаем вместе на основе Священного Писания и святоотеческого наследия и опыта.

Согласны ли вы с тем, что для спасения недостаточно одних только добрых дел? Для православного христианина очевидно, что недостаточно. Иначе не было бы необходимости в воплощении Сына Божия, его проповеди, жизни, распятии, воскресении и вознесении.

Се же есть жизнь вечная, да знают Тебя, единого истинного Бога, и посланного Тобою Исуса Христа (Ин. 17:3).

Почему святые отцы так строго относились к ересям и расколам? Зачем собирались на соборы, писали сочинения в защиту веры, против заблуждений еретиков (например, святитель Василий Великий, преподобный Иоанн Дамаскин и др.)? Ради чего претерпевали ссылки, пытки, гонения за истину (например, святитель Афанасий Великий, преподобный Максим Исповедник, протопоп Аввакум и др.)? Почему святые отцы так горячо отстаивали истину? Даже подвижники выходили из своих пустыней для защиты православия (например, преподобный Савва Освященный, святитель Григорий Палама и др.)?

Всякая ересь — хула на Бога. А значит, она отлучает от Бога и от спасения. Ведь спасение состоит в единстве со Христом. Вне Церкви этого единства невозможно достигнуть. Это и практически можно продемонстрировать. Православные верующие соединяются со Христом в Таинстве Причастия. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем (Ин. 6:56). А для протестанта это все символы и воспоминания.

Христос  глава тела Церкви (Кол. 1:18).

И если человек находится вне Тела Церкви, то он вне Христа, вне части спасаемых. Поэтому мы молимся ко Господу так:

Отступивших от православныя веры и погибельными ересьми ослепленных, светом Твоего познания просвети, и святей Твоей апостольской соборной Церкви причти (Помянник).