Дмитрий, Москва
5 января 2018

Откуда пошла традиция крестить детей в младенчестве?

Здравствуйте! Григорий Богослов, Василий Великий, Иоанн Златоуст, Иероним Стридонский приняли крещение в зрелом возрасте. Родители их, будучи христианами, по какой-то причине не крестили своих детей в младенчестве. Объясните, почему? Были ли на то какие-либо исторические, политические, личные предпосылки? Также прошу подсказать, в каком веке сформировался институт восприемников, когда появились первые упоминания о нем (в письменных источниках)?

Здравствуйте! Благодарю вас за этот вопрос. Знаете ли, я тоже время от времени задумываюсь над целесообразностью детского крещения. Особенно когда родители, крестив малыша, годами потом не появляются в храме. Хотя мы и говорим, и убеждаем, но это, увы, мало даёт результатов. Потом этот крещёный человек, бывает, приходит к Богу, но уже осквернив свою душу грехами. И невольно думаешь, а может, лучше было бы ему быть некрещеным прийти ко крещению, когда у него произошла настоящая встреча с Богом, подлинное обращение и просвещение?

Наверное, из этого исходили родители святых, о которых Вы пишете. Сложно сказать, какие на то «были исторические, политические, личные предпосылки». Мы знаем, что примерно в те же годы практиковалось детское крещение. Например, святителя Николу крестили в детстве. Давайте обратимся к тому, что писали сами святые отцы.

Блаженный Августин, епископ Иппонийский, прошел горнило сомнений, заблуждений, греха, пока не пришел ко Христу, но на всем протяжении он помнил первые уроки своей благочестивой матери-христианки. Вот как сам он пишет в «Исповеди»: «Я слышал еще мальчиком о вечной жизни, обещанной нам через уничижение Господа нашего, нисшедшего к гордости нашей. Я был ознаменован Его крестным знамением и осолен Его солью по выходе из чрева матери моей, много на Тебя уповавшей. Ты видел, Господи, когда я был еще мальчиком, то однажды я так расхворался от внезапных схваток в животе, что был почти при смерти; Ты видел. Боже мой, ибо уже тогда был Ты хранителем моим, с каким душевным порывом и с какой верой требовал я от благочестивой матери моей и от общей нашей матери Церкви, чтобы меня окрестили во имя Христа Твоего, моего Бога и Господа. И моя мать по плоти, с верой в Тебя бережно вынашивавшая в чистом сердце своем вечное спасение мое, в смятении торопилась омыть меня и приобщить к Святым Твоим Таинствам, Господи Исусе, ради отпущения грехов моих, как вдруг я выздоровел. Таким образом, очищение мое отложили, как будто необходимо было, чтобы, оставшись жить, я еще больше вывалялся в грязи; по-видимому, грязь преступлений, совершенных после этого омовения, вменялась в большую и более страшную вину. Итак, я уже верил, верила моя мать и весь дом, кроме отца, который не одолел, однако, во мне уроков материнского благочестия и не удержал от веры в Христа, в Которого сам еще не верил. Мать постаралась, чтобы отцом моим был скорее Ты, Господи, чем он, и Ты помог ей взять в этом верх над мужем, которому она, превосходя его, подчинялась, ибо и в этом подчинялась, конечно. Тебе и Твоему повелению. Господи, я хочу узнать, если Тебе угодно, с каким намерением отложено было тогда мое Крещение: во благо ли отпущены мне были вожжи моим греховным склонностям? или они не были отпущены? Почему и до сих пор в ушах у меня со всех сторон звенит от слова, то об одном человеке, то о другом: "оставь его, пусть делает: ведь он еще не крещен". Когда дело идет о телесном здоровье, мы ведь не говорим: "оставь, пусть его еще ранят: он еще не излечился". Насколько лучше и скорее излечился бы я, заботясь об этом и сам, и вместе со своими близкими, дабы сенью Твоей осенено было душевное спасение, дарованное Тобой. Было бы, конечно, лучше. Какая, однако, буря искушений нависает над человеком по выходе из детства, мать моя это знала и предпочитала, чтобы она разразилась лучше над прахом земным, который потом преобразится, чем над самим образом Божиим» (Кн. 1 гл.11).

Из этого текста следует, что дети в те времена были только оглашенным и крестили их только в случае смертной опасности. И это притом, что детская смертность была намного выше современной.

Святитель Василий Великий говорит: «И ты откладываешь, раздумываешь, медлишь? С младенчества оглашаемый учением, доселе еще не приступил к истине? Всегда учась, не пришел еще в познание? Всю жизнь испытываешь, до старости высматриваешь; когда же сделаешься христианином? Когда узнаем, что ты наш? За год ждал ты настоящего года. Смотри, чтобы обещания твои не оказались простирающимися за пределы жизни. «Не веси бо, что родит находяй день» (Притч. 27, 1). Не обещай того, что не твое» (Беседа 13 «Побудительная к принятию святого крещения»).

А вот, что пишет святитель Григорий Богослов в слове 40 «На Святое Крещение»:

«У тебя есть младенец? Не давай времени усилиться повреждению; пусть освящен будет в младенчестве и с юных ногтей посвящен Духу. Ты боишься печати, по немощи естества, как малодушная и маловерная мать? Но Анна и до рождения обещала Самуила Богу, и по рождении вскоре посвятила, и воспитала для священной ризы, не боясь человеческой немощи, но веруя в Бога. Нет никакой тебе нужды в привесках и нашептываниях, вместе с которыми входит лукавый, привлекая к себе от легковерных благоговение, должное Богу. Дай своему младенцу Троицу — это великое и доброе хранилище».

И ещё:

«Возразят: «Пусть все это справедливо будет в рассуждении ищущих Крещения. Но что скажешь о тех, которые еще младенцы, не чувствуют ни вреда, ни благодати? Крестить ли нам и их?» — Непременно, если близится опасность. Ибо лучше без сознания освятиться, нежели умереть незапечатленным и несовершенным. Доказательством этому служит восьмидневное обрезание, которое в преобразовательном смысле было некоторой печатью и совершалось над неполучившими еще употребления разума, а также помазание порогов, через неодушевленные вещи охраняющее первенцев. О прочих же малолетних мое мнение такое: дождавшись трехлетия, или несколько ранее, или несколько позже, когда дети могут слышать что-нибудь таинственное и отвечать, хотя не понимая совершенно, однако же запечатлевая в уме, должно освящать их души и тела великим таинством совершения. Причина же этому следующая: хотя дети тогда начинают подлежать ответственности за жизнь, когда и разум придет в зрелость, и уразумеют они Таинство (потому что за грехи неведения не взыскивается с них по причине возраста), однако же оградиться им Крещением без сомнения гораздо полезнее, по причине внезапно встречающихся с ними и никакими способами не предотвращаемых опасностей».

Итак, сам святитель Григорий, будучи крещёным взрослым при родителях-христианах, ратовал за крещение всех младенцев. В том числе и потому, что некрещёные младенцы «не будут у праведного Судии ни прославлены, ни наказаны, потому что хотя не запечатлены, однако же не худы, и больше сами потерпели, нежели сделали вреда. Ибо не всякий недостойный наказания достоин уже и чести; равно как не всякий, недостойный чести, достоин уже и наказания». Это мнение вселенского учителя утвердилось и стало повсеместной практикой.

Когда же появился институт восприемников, сказать трудно. Думаю, это апостольское Предание, чтобы у крещаемых детей были восприемники. Они ведь были и у взрослых людей. Это те, кто свидетельствовал о вере приходящего к Таинству человека. Точно можно сказать, что к VII в. сложились правила о восприемниках и духовном родстве. К примеру, правило 53 Шестого Вселенского Собора, иначе называемого Трулльским (691-692 гг.): «Понеже сродство по духу есть важнее союза по телу, а мы уведали, что в некиих местах, некоторые восприемлющие детей от святаго и спасительнаго крещения, после сего вступают в брачное сожительство с матерями их, вдовствующими: то определяем, дабы от настоящаго времени ничто таковое не было творимо».

А на Руси мы восприняли практику крещения младенцев вместе с принятием христианства. Для нас это тысячелетняя практика. Поэтому предложение отложить крещение малюток до времени их взросления вызывает у родителей и родственников, мягко говоря, непонимание. Откажешь им в одном храме — они пойдут в другой, лишь бы крестить. Хотя я слышал и о таких людях, которые и в наше время откладывают крещение своих детей до совершеннолетия. Не берусь их судить. Опыт показывает, что и в благочестивых семьях дети отходят от веры, и у неверующих родителей дети приходят к Богу. И, может быть, из этих людей, воспитываемых в верующих семьях, но ещё не крещёных, вырастут новые светильники веры. Ведь если бы Августина всё же крестили в детстве, а он потом прошел по тому пути грехов и ошибок, по которому он прошел, то мы бы не имели такого замечательного святителя, экзегета и проповедника. Но чаще бывает, что в случае беды человек обращается к Богу и идёт туда, где был крещён, где его родители и прародители.

Считаю, что мы должны придерживаться сложившейся традиции и делать все от нас зависящее, чтобы дети наши любили Христа и Его Церковь. И эта задача не только родителей, но и нас — священнослужителей.

+

Авторизация

* *
*

Регистрация

*
*
*
*

Проверочный код


Восстановление пароля