Под лозунгом «От охлаждения к развитию» в столице состоялся десятый Московский экономический форум. На нем обсуждалось, как выйти из заявленного в прошлом 2025 году в России «охлаждения экономики», когда предприятия гражданского сектора перешли в режим строгой экономии. Также обсуждались демография, медицина и необходимость доминирования русских традиций и русской культуры не только в России, но и на постсоветском пространстве.
В первой пленарной сессии приняли участие: государственный секретарь Союзного государства России и Беларуси Сергей Глазьев, председатель политической партии ЛДПР Леонид Слуцкий, академик РАН, научный руководитель Института океанологии им. П.П. Ширшова Роберт Нигматулин, генеральный директор АО «Челябинский механический завод» Петр Вагин, директор Института социально-экономического прогнозирования им. Д. И. Менделеева Андрей Щербаков, генеральный директор ООО «Лилиани» Армен Налбандян.
Экономика
Участники обсудили, каким образом должна измениться экономическая политика России, чтобы соответствовать вызовам современности и достижению технологического лидерства. Были рассмотрены барьеры, препятствующие построению суверенной экономики страны. Отдельное внимание спикеры уделили политике Центробанка и необходимости её корректировки для поддержки реального сектора экономики.
О текущем состоянии и перспективах российской экономики рассказал Сергей Глазьев. По его мнению, ситуация в стране сейчас сложнее, чем предполагали официальные прогнозы, но потенциал для рывка сохраняется. Основным препятствием экономист считает политику Центрального банка: регулятор ошибочно опасается инфляции из-за низкой безработицы. На самом деле дефицит кадров можно перекрыть роботизацией, а многие заводы в машиностроении сейчас загружены лишь наполовину и способны выпускать больше продукции.
Экономист уверен, что политика ЦБ создает «порочный круг»: из-за высокой ключевой ставки кредиты становятся недоступными, инвестиции сокращаются, а страна начинает отставать в технологиях. Чтобы выйти из этого тупика, эксперт предложил выделять кредиты развития с низкой ставкой в 2–3%. Также делать ставку на высокие технологии, глубокую переработку сырья и восстановление авиастроения.
Сергей Глазьев призвал остановить массовый отток капитала, который достигает 100 миллиардов долларов в год. Вместо этого он предложил использовать пошлины на экспорт сырья для финансирования отечественных инноваций.
В своем выступлении Леонид Слуцкий отметил, что важнейший тезис партии и всех единомышленников ЛДПР — необходимость проведения новой индустриализации и масштабной поддержки производства. Политик подчеркнул, что сегодня почти половина всего импорта в России — это оборудование и техника, в том числе по основополагающим отраслям экономики. Две трети бурового оборудования, практически весь парк многоковшевых экскаваторов на угольных разрезах — заграничного производства, привел отраслевые данные Слуцкий. Он также отметил, что на внутреннем рынке России отечественная техника для пищевой и перерабатывающей промышленности составила всего 33%, но при этом износ оборудования превысил 60%.
Он обратил внимание на проблемы малого и среднего предпринимательства. По мнению политика, предприниматели должны иметь механизм защиты от банкротств, когда в случае проблем на предприятии с помощью законодательных инструментов должны предприниматься реанимационные меры, прежде чем объявлять о банкротстве.
Негативную оценку социально-экономическому положению страны дал академик Роберт Нигматулин, заявивший о недопустимом уровне бедности населения. Спикер подчеркнул, что сегодня доходы граждан в России являются самыми низкими в Европе, уступая даже беднейшим регионам Китая, а ежегодная депопуляция достигла 600 тысяч человек. Математический анализ эффективности инвестиций, проведенный экспертом, показал, что российский «коэффициент полезного действия» экономики является самым низким среди крупных мировых держав.
Важнейшим шагом эксперт считает использование сырьевого преимущества страны — установление низких внутренних цен на топливо и электроэнергию за счет экспортных пошлин на вывоз ресурсов.
В завершение выступления ученый потребовал немедленно остановить все дорогостоящие имиджевые стройки, направив ресурсы на поддержку потребления и восстановление промышленности.
Директор завода Петр Вагин представил позицию промышленного сектора по ключевым ограничениям, которые сегодня сдерживают развитие предприятий. Описывая экономическую обстановку, промышленник рассказал, как в течение трех лет его компания инвестировала порядка 1,5 миллиардов рублей и оборудовала новое производство, но в итоге его были вынуждены закрыть. Причина — отсутствие спроса на конечный продукт.
В фокусе выступления Петра Вагина оказалась проблема утилизации техники и утилизационного сбора. Он напомнил, что изначально идея была здравой, так как в прошлом действительно помогала избавиться от устаревшей техники. Но сегодня схема работает иначе, уже не воспринимается как инструмент экологической политики и все больше приобретает характер рыночного ограничения.
«Это нельзя называть утильсбором, это уже какая-то условно-заградительная мера», — подчеркнул он.
Социальная сфера
Анализ состояния социальной сферы и кадрового потенциала представила Оксана Дмитриева. Главной проблемой она назвала серьезное противоречие: образование, наука и здравоохранение являются фундаментом «экономики будущего», но при этом значительно отстают по уровню оплаты и условиям труда от других высокотехнологичных отраслей.
Депутат также отметила снижение уровня нищеты до 6,7%. Однако, по ее словам, позитивная отчетность о выполнении «майских указов» по зарплатам часто скрывает реальные проблемы. Хотя в 2018 и 2020 годах наблюдался рост доходов врачей и ученых, сегодня эти показатели снизились и фактически вернулись к уровню двенадцатилетней давности.
Гузель Улумбекова говорила о том, что сегодня есть два ключевых показателя для оценки работы системы: количество умерших и родившихся.
Разница между этими двумя параметрами составляет почти 700 тысяч человек.
Так, если посмотреть на женщин активного детородного возраста (20–34 лет), на которых приходится 80% рождений, — их количество сокращается на 7 млн человек. В этих условиях нужны экстраординарные меры. Второй параметр — ожидаемая продолжительность жизни. Во времена СССР она была на уровне нынешних новых стран ЕС (близких по уровню экономического развития), но сегодня отстает практически на 6 лет. Данный показатель зависит от трех факторов: социально-экономических, образа жизни и доступности бесплатной медпомощи (которая определяется объемом финансирования здравоохранения). Какие фундаментальные вопросы не решают нацпроекты? Дефицит кадров, недостаточная квалификация, недостаточное лекарственное обеспечение, неэффективная система финансирования. Обеспеченность врачами на 1000 человек ниже, чем в большинстве развитых стран, обеспеченность медсестрами сократилась на 16%.
Что надо делать? Поэтапное повышение государством расходов на здравоохранение с 3,2% до 5% ВВП.
Об идеологическом кризисе и неравенстве шансов на самореализацию кинематографистов в отечественном кино рассказала Мария Шукшина. По словам актрисы, сегодня в отрасли выстроена система жесткой сегрегации. Узкая группа лидеров забирает миллиардные субсидии, в то время как талантливая молодежь из регионов зачастую не может найти денег на дорогу до Москвы, чтобы принять участие в конкурсе проектов.
Актриса возмутилась тем, что государство, выступая основным заказчиком кино, ориентируется лишь на коммерческий потенциал, но при этом не распоряжается результатами проката и не пополняет бюджет.
«Рентабельность советского кинематографа составляла 900% в год, сегодня она составляет 6%», — подчеркнула Мария Шукшина.
Культурная политика
Проблемам суверенной культуры была посвящена секция «Культурная политика. Мягкая сила для воссоединения народов».
В ходе выступлений спикеров была обозначена одна из главных проблем в нашей идеологии. Начиная с 90-х годов, за прошедшие почти 40 лет отсутствовала внятная прорусская национальная политика, о которой стали задумываться относительно недавно. И не только в России, но и на территории постсоветского пространства в эти десятилетия отсутствовала политика в области так называемой мягкой силы. И это притом, что для нее были все основания, поскольку область русской культуры и русской истории исторически распространялась и на территории бывших союзных республик от Прибалтики до Средней Азии. Например, во многих этих республиках до недавнего времени многие говорили по-русски. Но Россия этого не использовала, в то время как настоящая политика подразумевает продвижение своих культурных нарративов и идеологии.
Очень важно, чтобы наши достижения, наши традиции, наш образ жизни вызывали не просто симпатии, но и престижность ассоциировать себя в этих республиках с русской культурой, историей и традицией. Если спросить представителей высших слоев этих бывших республик, какие пять столиц мира наиболее престижны, назовут Лондон, Нью-Йорк, Париж. И это не связано ни с какой русофобией, а с тем, что мы сами себя принизили. Россияне не чувствовали или боялись показать себя представителями великой русской культуры и русского исторического наследия. Так вот, до того момента, когда элиты и граждане не научатся думать и говорить, что «Россия — пуп земли» и то, что «Москва — это лучшая столица мира или хотя бы Евразии», никакого культурного доминирования быть не может.
Также в ходе дискуссии шла речь и о туризме, когда в фокусе наших сограждан должны быть не пляжи на Мальдивах, а территориальное и историческое наследие Древней Руси и ее древних городов: Ярославля, Ростова Великого, Суздаля и других.
Комментариев пока нет