Бегуны, или странники

Бегуны, или странники — небрачные безпоповцы, выделившиеся из филипповского согласия в XVIII веке по признаку более категорического неприятия мира, в котором будто бы спасение уже невозможно.

Вопрос об основателе бегунского согласия не решен. Н. И. Костомаров считал родоначальниками странничества неких ярославских федосеевцев Ивана и Андриана. По мнению самих бегунов, их согласие возникло в Тверской губернии. Павел Любопытный определенно приписывает основание «страннической секты» Андрияну Монаху (1701–1768 гг.). Павел Любопытный пишет о нем: «... ярославский мещанин и житель в окружности сего града, отщепенец филипповской церкви, грубый буквалист. Человек был своенравный, непокорного духа и глубокого суеверия… славившийся довольно в толпе пустосвятов и невежд». 

Большинство же исследователей считает, что у истоков согласия стоял некий Евфимий (1741 или 1744 — 20 июля 1792 гг.), перешедший в старообрядчество из новообрядческой церкви. Он родился в Переяславле-Залесском, был призван рекрутом, дважды бежал с военной службы. После первого побега несколько лет проживал в Москве среди староверов филипповского согласия, у них же перекрестился с именем Евстафия и на Братском дворе некоторое время служил писцом. Схвачен властями, однако ему удалось снова бежать. После второго побега скрывался, вероятно, там же и был пострижен в иноки. Наблюдая за филипповцами, пришел к выводу, что они «двоедушничают и двурушничают», идя на компромисс с властями и подчиняясь градским законам. Составил на эту тему сочинение из 39 вопросов (т. н. «Разглагольствование») и послал его предводителям московских филипповцев. Не получив ответа, выступил с проповедью полного отрицания мирского общества. Отождествлял императора Петра I (1672–1725 гг.) с антихристом. Учил, что «апокалиптический зверь есть царская власть, икона его — власть гражданская, дело его — власть духовная». Следовательно, надо порвать всякую связь с обществом, не брать паспортов, не идти на военную службу, не обращаться в суд, не платить налоги, а только постоянно скрываться и избегать всякой связи с носящими антихристову печать. Уехал в скит на Топ-озеро, что в Архангельской губ. Где-то в тех краях он познакомился с неким старцем Иоанном, который проживал «измлада в укрывательстве и посему не был записан ни в которой ревизии». К тому времени он и сам пришел к мысли, что для истинного христианина губительно позволять записывать себя у властей под именем «раскольника». В 1784 году, под влиянием своего сподвижника Иоанна, Евфимий решил, что никто, связанный с антихристом, не должен участвовать в крещении или перекрещивании. Тогда Евфимий сам себя крестил «во странство», отделившись тем самым от прочих безпоповцев. Жил и умер под Ярославлем, погребен неподалеку от города в Ямском лесу. Автор сочинений: «Разглагольствование» (1784 год), «Послание» (1787 год), «Цветник», «Толкование на слово Ипполита папы римского об Апокалипсисе», «О злополучнех последнех временех и о знамениях антихристовых».

Старообрядцы-странники Давыд Васильевич и Федор Михайлович. Фотография 1918 г.

Бегуны, вполне православно толкуя Святое Писание, усмотрели из него, что антихрист есть человек, царь. При сопряжении этих двух постулатов — о пришествии и о личности антихриста — они сделали вывод, что под антихристом надо понимать царя, правительство и всякого рода власть. Этого убеждения они твердо придерживались до сер. XIX в., но с того времени у большинства из них произошел плавный переход к общей для подавляющего числа безпоповцев идее духовного пришествия антихриста. Чтобы не подчиниться власти антихриста, бегуны прервали связь с гражданским обществом: они не записывались ни в какие ревизские сказки, не платили никаких податей государству, не имели недвижимого имущества, паспортов, постоянного места проживания. При поимке сказывались не помнящими родства. Их учение допускало уступку лишь в употреблении денег, так как те, хотя и несли на себе антихристову печать, но, переходя из рук в руки, не могли составлять исключительной принадлежности какого-либо конкретного лица (впрочем, существовали и т. н. странники-безденежники).

Длительное существование в полицейском государстве целого общества беспаспортных людей было возможно потому, что бегуны были разделены на два разряда: странники и странноприимцы. Странники — это люди, совершенно отказавшиеся от мирских связей, не имеющие ни имущества, ни крова, а странноприимцы — это значительная часть бегунов, которая находилась в положении как бы оглашенных. Они не прерывали окончательно связи с миром. В домах таких странноприимцев были оборудованы специальные тайники для укрытия странников. В случае болезни странноприимца или другого опасного обстоятельства странники крестили его, и если он выживал, то должен был оставить дом, имущество и уйти странствовать. Странники делились на несколько частных толков, в т. ч. безденежников, брачных и иерархитов (статейников). Брачные бегуны приняли новопоморское учение о существовании бессвященнословного брака. За образец они взяли христиан первых веков, которые с семьями укрывались от гонителей в пустынях и проводили там жизнь в браке. Встречаются бегуны на Урале, в Сибири и в Казахстане. Нынешнее их самоназвание — истинно православные христиане странствующие