Почему слово «Россия» мы сегодня пишем по-иноземному?

И почему название нашего сайта «Руская вера» мы принципиально пишем с одной буквой «с»

Сегодня мы пишем слова ‘русский‘ и ‘Россия‘ с двумя буквами ‘с‘ и не задумываемся о том, зачем это нужно. Ведь при произношении мы никогда не произносим удвоенную согласную. Если вы любите путешествовать или читаете иностранную литературу, а особенно периодику, и при этом бываете внимательны, то могли подметить одну любопытную деталь — абсолютно во всех славянских землях слова ‘русский‘ и ‘Россия‘ пишутся с одной буквойс‘:

Белоруссия — рускi, Расія
Болгария — руски, Русия
Македония, Сербия — руски, Русија
Польша — Rosyjski, Rosja
Словакия — Ruský, Rusko
Словения — ruščina, Rusija
Украина — росіянин, Росія
Хорватия — ruski, Rusija
Чехия — rusk, Rusko

----------------------------------------

И только в России двойная «с» — незыблемое правило. Почему же так случилось? Было ли так всегда и если нет, то с какого времени всё началось?

----------------------------------------

Для нас двойное ‘с’ стало настолько привычным, что иное написание представляется по меньшей мере неграмотностью. Со школьной скамьи мы знаем, что -ский — суффикс, означающий принадлежность к чему-либо. Соответственно, ‘русский’ — «принадлежащий Руси», древнему государству восточных славян, то есть гражданин Руси. Фактически, как часть речи слово является прилагательным, в отличие от названий других народов, которые всегда существительные. На это обстоятельство не раз обращалось внимание уже в наше время при обсуждении национального вопроса, в частности о том, кого считать русским. Такое толкование слова (как прилагательного) дает Словарь русского языка XI–XVII вв. (1, с. 260).

Словарь русского языка XI–XVII вв., издается Институтом русского языка им. В. В. Виноградова под эгидой РАН. Издание Словаря началось в 1975 г. и не окончено до сих пор, всего издано 30 томов, последний — в 2015 г.; как следует из предисловия к первому тому, работа над Словарем началась еще в 1930-х годах в Институте языка и мышления и была продолжена в Институте языкознания АН СССР

К слову ‘русский’ в Словаре приведен 21 пример его употребления в древнерусской литературе. Оказывается, что 12 из них — с одной ‘с’, и только 5 — с двойной, да 3 случая — со вставной буквой ерь (‘ь’), в одном случае дана иная форма написания слова — ‘рустей’:

----------------------------------------------------------------------------------

— рускаго, рускымъ, рускихъ, руские, рускую, руски — 12 примеров
— русскихъ, русской, русское — 5 примеров
— русьскы/русьская/русьскимъ — 3 примера
— рустей — 1 пример

----------------------------------------------------------------------------------

Примечательно, что четыре из пяти примеров употребления слова с двойной ‘с’ относятся ко второй половине XVII в. (1652 г., 1673 г., 1674 г., 1683 г.) и только один пример стоит особняком и относится к 1596 г. Примеры со вставленной буквой ерь, наоборот, относятся к самому раннему периоду славянской письменности и взяты из Изборника Святослава (1076 г.), Правды Русской (список 1282 г., датировка самого документа — начиная с 1016 г.) и Летописи (список XIV–XV вв.). Примеры с одним ‘с’ — XVI–XVII вв. Фиксирует Словарь и иные формы этнонима, без суффикса: русь, русцы, русы, руси, причем в документах XVI–XVII вв.

Примеры употребления в древнерусской литературе слова ‘русский’. СРЯ, 1997 г.

Все эти примеры взяты из рукописного наследия. Если же обратиться к печатной книге, то ситуация здесь такова. В большинстве случаев в старопечатных книгах XVII вв. слово пишется с двумя ‘с’, хотя встречается и с одним. Однако, что касается названия государства, то оно неизменно пишется только с одной ‘с’ — Русия или Росия, и никак иначе.

----------------------------------------

Только после церковного раскола XVII века ‘Росия’ стала писаться с двумя ‘с’.

----------------------------------------

Из книги «Иноческий потребник». По Зерновой — «Требник иноческий», №145; 7147 г., царь Михаил Федорович, патриарх Иоасаф

Любопытно, что в это же время люди, игравшие важную роль в жизни Церкви и даже имевшие отношение к созданию книг, печатавшихся Московским печатным двором, писали слово ‘русский’ с одним ‘с’. Речь идет об о. Сергее Шелонине (род. до 1600, ум. ок. 1663 г.), иноке Соловецкого монастыря, подготовившего к печати по указу патриарха Иосифа знаменитую Лествицу Иоанна Синайского (МПД, 1647 г.), и об о. Арсении Суханове (1600–1668 гг.), иноке Троице-Сергиева монастыря, авторе «Прений с греками о вере» и «Проскинитария», о котором нет нужды много писать, поскольку его история и труды читателям хорошо известны. Отец Сергий Шелонин, в миру Семен Михайлов сын, москвитин. Родился, вероятно, до 1600 г., умер около 1663 г. Служил в Москве подьячим, в 1619 г. принял постриг в Соловецком монастыре. В 1646-49 гг. — настоятель Ипатьевского монастыря в Костроме. Вернулся на Соловки, где и проживал до самой смерти.

Отец Сергий Шелонин(без преувеличения) выдающийся русский ученый и один из крупнейших книжников XVII в., агиограф, автор ряда слов и канонов, редактор. О величине его фигуры и значимости говорит хотя бы тот факт, что помимо Лествицы им были подготовлены такие, требующие энциклопедических знаний, книги как Азбуковник (насчитывает более 16 000 статей, не издавался) и Азбучный патерик, созданный в 1630–1640-х гг. (издан только в XVIII в. в старообрядческой типографии Супрасля в 1791 г.). Кроме того, есть основания полагать, что отредактированные им чистовые варианты «Поучения» аввы Дорофея и «Небес» Ивана Дамаскина также предназначались для печати. Видна работа (источниковедческие маргиналии) о. Сергия над Шестодневами Иоанна Болгарского и Севериана Гавальского, сочинениями Григория Синаита и Григория Паламы, Словами Симеона Нового Богослова, а также над «Диалектикой» и «Грамматикой» Ивана Дамаскина, Псалтырью. Как пишет О. С. Сапожникова в специальной статье, посвященной о. Сергию Шелонину, «если бы они были изданы, это были бы „критические издания“, отражающие высочайший уровень образованности и эрудицию русских книжников XVII в.» (16, с. 281). Помимо редакторской деятельности, является автором Жития и Службы Ивану и Логину Яренгским чудотворцам, ряда Слов и Канонов (в частности, св. Филипу, митрополиту Московскому, со Службой на перенесение мощей, св. Герману Соловецкому, св. Трифону Печенгскому, св. Варламу Керетскому). В конце 1650-х гг., уже после Раскола, Шелониным был подготовлен сборник в защиту древлеправославной веры, двуперстия, сугубой аллилуйи и восьмиконечного креста, включавший в себя, помимо полемических Слов в защиту веры, Прение Арсения Суханова с греками, слово Максима Грека, Житие Ефросина Псковского.

Автограф о. Сергия Шелонина

Резюмируя изложенное, можно заключить, что если даже такие высокообразованные люди, как о. Сергей Шелонин и о. Арсений Суханов писали слово ‘русский’ с одним ‘c’, то тенденция вводить в печатных книгах двойную согласную, завершившаяся послераскольным внедрением на государственном уровне написания «Россия», становится похожей на сознательное проведение определенных реформ с идеологической подоплекой. Не таких острых, как религиозные, но все же важных в глазах реформаторов. Причем этот курс проводился в отношении России и не имел смысла в других государствах. Поэтому в иных славянских странах и ‘русский’, и ‘Россия’ до сих пор пишутся по-старому, с одной ‘с’.

В пользу этого свидетельствует и другой пример с изменением написания привычного слова — имени Спасителя. В России это был вопрос идеологический, вышедший далеко за рамки научных споров. Написание с двойным ‘и’ насаждалось всеми возможными способами (включая богохульства и казни), что привело к внедрению написания ‘Иисус’ не только в реформированной церкви, но и в гражданской печати. Там же, где насаждение идеологии не имело значения, не произошло и повсеместного изменения написания имени Исус. Например, в Сербии Исус до сих пор пишется с одним ‘и’ безо всякого смущения и последователями никоновских реформ, сербы за это не зазираются, как неправославные.

Почему же внедрение двойного ‘с’ прошло незамеченным, ведь старообрядцы всегда с большим вниманием относились к тому, что и как написано? — Ответ очевиден. Вопрос этот был явно менее болезненным и гораздо менее важным, чем разразившиеся во второй половине XVII в. религиозные споры. Зато данной проблемой, правда, уже в XIX в., заинтересовался другой известный русский ученый — Владимир Иванович Даль (1801–1872 гг.).

Владимир Иванович Даль (1801–1872 гг.) — выдающийся русский ученый, лексикограф, фольклорист, писатель. Автор самого большого Толкового Словаря русского языка, вобравшего огромное количество общерусских слов, диалектизмов и примеров их употребления в живой (разговорной) речи (работа над словарем шла 53 года). Его отец — датчанин Иоан Кристан Даль (Johan Christian Dahl), в крещении — Иван Матвеевич Даль, лингвист, врач, служил при Екатерине II придворным библиотекарем, знал восемь языков. В. И. Даль имел троих братьев, один из которых (Лев Иванович) был убит во время польского восстания 1830–31 гг.

Прославившийся, конечно, своим Словарем, знаменитый лексикограф уделил вопросу двойного написания согласных в русских словах большое внимание.

----------------------------------------

В.И. Даль считал, что удвоение согласных противно русскому слуху и в большинстве случаев не произносится и не слышится, поэтому предлагал отказаться от удвоения их на письме.

----------------------------------------

Даль вообще был большим поборником русского слова. Стоит прочесть его статьи «Полтора слова о нынешнем руском языке» и «Недовесок к статье: полтора слова о руском языке», чтобы в этом убедиться. Ярко и пламенно защищал он русский язык. Выступал Даль за сохранение русской речи, за бережное отношение к областным говорам. Был против повального внедрения в русскую речь иностранных слов и понятий. Выступая в 1860 г. в Обществе любителей российской словесности, Даль не без чувства негодования говорил:

Таким образом, всему непишущему, а только читающему, населению России скоро придется покинуть свой язык вовсе и выучиться, замест-того, пяти другим языкам: читая доморощенное, надо мысленно перекладывать все слова на западные буквы, чтобы добраться до смысла. Ведь это цыферное письмо! Но и этого мало; мы, наконец, так чистоплотны, что хотим изгнать из слов этих всякий Руский звук и сохранить их всецело в том виде, в каком они произносятся не Рускою гортанью. Такое чванство невыносимо; такого насилия не попустит над собою ни один язык, ни один народ, кроме — кроме народа, состоящего под умственным или нравственным гнетом своих же немногих земляков, переродившихся заново на чужой почве <...>
 

Если чужое слово принимается в другой язык, то, по крайней мере, позвольте переиначить его на столько, сколько этого требует дух того языка: он господин слову, а не слово ему... Ведь и Римляне всегда приурочивали и Латынили усвоенное ими чужое слово, без чего не могли ни выговорить, ни написать его; то же делают и поныне все прочие народы. Что же это мы, охотно обезьянничая и попугайничая, в этом случае, хотим самодура установить для себя противное правило? Этому две причины; первая — тщеславия, чванство: мы знаем все языки; другая — невежество: мы не знаем своего.
 

Для чего, например, сдваивать согласные: аллопатия, баллотировать, ассессор, аббат, аппарат, даже грамматика, аттестат и проч., когда это противно нашему языку и, при хорошем произношении, не может быть слышно? Если вы хотите показать, что знаете правописание на тех языках, с которых слова эти взяты, то пишите же, как иные и в самой вещи писывали: Тээр (Theer) и маасштаб; но тогда уважьте же и Татарина, и пишите не лошадь, а алаша, не армяк, а эрмек...

Из статьи Даля «Полтора слова о нынешнем руском языке»:

Более половины руских слов забыты, изгнаны, заменены и заменяются еще каждодневно, иностранными; а обороты, руский склад, переиначен по таким языкам, которые в сущности своей сложном удалены от нашего <...>
 

От чего у нас почти без изъятия, не ученые, не словесники, говорят гораздо лучше, чем пишут? и это следствие того же: с письмом или письменностью у нас связано понятие о каком-то высшем слоге, а высший слог этот отличается от разговорного тем, что он пересыпан иностранными, изломанными словами, взамен Руских, и что понятия выражаются не Руским складом.

А. С. Пушкина сегодня считают основателем литературного русского языка, эталонным образцом. Даль же, знавший Пушина лично, считал, что в его время русский литературный язык еще не сложился. Вот что он писал:

Но где же нам учиться по-русски? Из книг не научиться, потому что они писаны не по-русски; в гостиных и салонах ваших — подавно... Если в книгах и в высшем обществе не найдем, чего ищем, то останется одна только кладь или клад — родник или рудник — ...живой язык русский, как он живет поныне в народе...
 

В народном языке не достает многих для нас необходимых слов, потому что там нет и многих понятий; но никто не заставляет нас принять, взамену нынешнего, простонародный язык, а речь идет только о необходимости воспользоваться им, приобрести его, приобщить, очистить и обработать, к нынешнему языку, с тем чтобы не переиначивать слога и склада его (фразеологии, стилистики) по-иноземному.

----------------------------------------

Слово ‘русский’ Даль всегда последовательно писал с одной ‘с’, считая написание с двойной ‘с’ полонизмом — заимствованием из польского языка, на правописание которого повлияла латиница.

----------------------------------------

По-латински одна буква ’s’ читается как русское ‘з’, а чтобы вышел русский звук ‘с’, требуется ее удвоение, т. е. ‘ss’. Такое же написание он дал и в своем Словаре, не только в словарной статье, но и в названии главного труда всей свой жизни — «Словарь живаго великорускаго языка». Именно таково авторское название издания, увидевшего свет еще при жизни В. И. Даля. Вообще история издания Словаря Даля весьма показательна. Словарь всегда был востребован, выдержал много изданий и во времена Российской Империи, и в Советском Союзе, и в современной России. Оригинальными являются первые три издания. Остальные — перепечатки с них. Первое издание Словаря было осуществлено в 1863–1866 гг. Обществом любителей росийской словесности (именно так, в соответствии с представлениями Даля, был указан издатель в выходных данных книги), учрежденном при Императорском Московском Университете. Вышедшая в 1863 г. первая часть еще не содержала «Напутного слова» — предисловия автора (хотя написано оно было еще в июне 1862 г.).

На стр. 103 четвертой части Словаря Далем помещена статья «Русак» с пояснением «вобще руский человек» и даны примеры использования этого слова в устной речи, а также связанных с ним однокоренных слов, в т. ч. и непосредственно слова ‘руский’. И в названии Словаря, и в названии издателя, и в словарной статье — везде по тексту Даль пишет слово ‘руский’ с одним ‘с’, правда, без объяснения причин.

Второе издание увидело свет в 1880–1882 гг., уже после смерти автора, в Издательстве М.О. Вольфа (им приобретены права на издание).

Однако в нем учтены исправления и дополнения, подготовленные самим Далем («исправленное и значительно умноженное по рукописи автора»), включая предисловие («Напутное слово») и другие статьи, предваряющие сам Словарь («О руском словаре», «О наречиях рускаго языка», «Ответ на приговор»). Авторское название Словаря сохранено.

В «Напутном слове» Даль так объясняет отсутствие сдвоенного ‘с’:

Не сдваивать букв, без видимой прямой нужды, т. е. где говор этого не требует настоятельно, и потому писать: _вяленый, соленость_; также _алопатия, граматика, абат, коректура_; буквы _р, с_ никогда не сдваиваются, как довольно твердые по себе, почему и пишу: _касир_, и даже _руский_ и _Росия_ (стр. XV).

Также во втором издании словарная статья «Русак» (стр. 115–116) дополнена Далем следующим объяснением:

**Русак** м. вообще руский человек... **Руский** (Встарь писали _Правда Руская_; только Польша прозвала нас _Россией, россиянами, российскими_, по правописанию латинскому, а мы переняли это, перенесли в кириллицу свою и пишем _русский_!).

Третье «исправленное и значительное дополненное» (но не «по рукописи автора», как увидим) издание Словаря вышло в 1903–1909 гг. под редакцией (и это самое интересное) профессора Петербургского университета И. А. Бодуэна-де-Куртенэ, поляка по происхождению и польского националиста.

Рус. Иван Александрович Бодуэн де Куртенэ, польск. Ян Нецислав Игнаций Бодуэн де Куртенэ — польский дворянин (знатного франкского, т. е. французского происхождения) на русской службе. Ученик С. И. Срезневского. С 1876 г. — профессор, с 1887 г. — член Польской академии наук, с 1897 г. — член-корреспондент Петербургской Академии наук. Работал в Казанском, Петербургском, Варшавском, краковском Ягеллонском и Юрьевском университетах. Является основоположником фонологии. Стал изучать языки на основе речи, живых языков и диалектов. Создатель теории фонем и фонетических чередований. Применял в лингвистике математические модели. Полагал, что на развитие языка можно воздействовать. Многие его считают основоположником структурализма. Занимал активную политическую позицию, выступая за независимость Польши и возвышение польского языка в Российской Империи. За брошюру «Национальный и территориальный признак в автономии» (1913 г.) был приговорен к 2 годам заключения в крепости и освобожден только после протестов интеллигенции во главе с А. А. Шахматовым (11, с.97). Переехал в Польшу после получения ею независимости. В 1922 г. выдвигался кандидатом в президенты. Умер в Варшаве.

Предисловие Даля из третьего издания исключено полностью. Вместо него третье издание снабжено коротким вступительным словом «От издателей» и следом за ним идет «Предисловие к 1-му выпуску» проф. И. А. Бодуэна-де-Куртенэ. В четвертом, стереотипном издании, оно называется «Предисловием к новому, исправленному и дополненному изданию словаря Даля». После чего следует техническая статья «Предварительное объяснение шрифтов, знаков и пр. в третьем издании «Словаря Даля». Четвертый том завершает «Послесловие к 3-му исправленному и дополненному изданию Словаря Даля».

Но самое главное, Словарь теперь стал называться «Толковый словарь живого великорусского языка Владимира Даля» — слово руский оказалось выправленным без всяких оговорок. Также из далевской статьи «Русак» (стр. 1744) в самостоятельную была выделена статья «Руский» (стр. 1745) с пояснением в скобках «(р у с с к и й)», соответствующим объяснением Даля и поставленным редактором знаком вопроса рядом со словом Польша, что означает «сомнение или недоумение редакции 3-го издания по поводу Далева толкования» (стр. XVI «Объяснение шрифтов, знаков и пр.»).

Касательно проведенной правки авторского текста в предисловии («От издателей»), к третьему изданию довольно общими фразами сказано:

Со времени последнего издания „Словаря Даля“ прошло четверть века... Изменились, отчасти, мнения и взгляды на русское правописание, на этимологию языка и пр. Кроме того, первые два издания „Словаря Даля“ вызвали в ученой критике ряд замечаний (л. II).

В «Послесловии» также сказано:

редакция во многом отступает от частью устаревшей, частью слишком односторонней «далевской орфографии» (стр. III).

Никаких иных, более конкретных пояснений по поводу изменения авторского написания дано не было. Следовавшая за этим предисловием статья Бодуэна-де-Куртенэ вообще не касалась правописания. Если рассматривать слова об изменении «мнений и взглядов на русское правописание», в т. ч. как на глухой намек по поводу изменения Далевского ‘руский’ на ‘русский’ (поскольку само название Словаря заключало в себе это слово и его изменение бросалось в глаза и требовало хоть какого-то пояснения), то это выглядит лукавством, поскольку написание с удвоенной ‘с’ было в обычае еще с первой половины XVII в.

И. А. Бодуэн де-Куртене не только исправил опечатки и внес орфографические новшества, он также дополнил далевские «гнезда» собственными примерами. В результате чего бодуэновский текст составил 16% всего Словаря в третьем издании (стр.13 изд. 1935 г.). Хотя Бодуэновская редакция Словаря сразу же была раскритикована, но внесенные им правки прижились. Начиная с этого и во всех последующих изданиях слово ‘руский’ везде было выправлено на ‘русский’, не только в словарной статье, но и в названии Словаря. С этого времени Словарь стал называться «Толковым словарем живого великорусского языка Владимира Даля». Четвертое издание 1912–1914 гг. являлось стереотипным и повторяло третье.

В советское время Словарь переиздавался со второго издания, с внесением множества редакторских правок, в т. ч. удвоенного ‘с’. В предисловии к изданию Словаря 1935 г. за авторством А. Сухотина отмечено, что в него были внесены «явно не авторские поправки, именно в смысле прилаживания некоторых грамматических окончаний в фразеологических примерах к нормам школьной грамматики, например: „Краше цвета алого, белее снега белого“ (в 1-м издании: „цвету“ и „снегу“)» (стр. 13 изд. 1935 г.). Про правку в слове ‘русский’ опять же ничего не говорилось. Таким образом, строго говоря, все переиздания Словаря с уже удвоенной ‘с’ и в которых отсутствует авторское предисловие, где Даль поясняет свою позицию, искажают волю его составителя и являются в какой-то мере подлогом. Под улучшение текста — исправление ошибки или осовременивание орфографии (как, например, в случае с окончанием -аго) это не подходит, поскольку является принципиальной позицией В. И. Даля.

Как видим, вопрос написания слова ‘русский’ даже в XIX — начале XX вв. оказался довольно чувствительным. Интересно, что И. И. Срезневский при издании в 1903 г. своих «Материалов к Словарю древне-русского языка» вообще не включил слово ‘русский’ в свой Словарь (Срезневский, стр. 197–198).

----------------------------------------

Если предположение Даля верно, то написание слов ‘русский’ и ‘Россия’ с удвоенной ‘с’ попало к нам из Речи Посполитой или Литвы как следствие усиливавшегося с начала XVII в. влияния западной учености и обусловлено употреблением латиницы.

----------------------------------------

Внедрение этой учености, проводившейся под патронажем первых лиц государства, к сожалению, оказалось несвободным от идеологической подоплеки. Одним из плачевных следствий этой идеологии стал Раскол Русской Церкви. Пресловутая Справа осуществлялась по западным печатным книгам, а множество виднейших деятелей Раскола, получивших поддержку на самом высоком уровне, — Епифаний Славинецкий, Семен Полоцкий, еп. Степан Яворский, археп. Феофан Прокопович, еп. Дмитрий Туптало и др. — выходцы из Речи Посполитой или Литвы.

Стоит лишь удивляться тому странному стечению обстоятельств, что справой титанического труда В.И. Даля уже в начале XX в. снова ведал поляк.

Автор: Н. Д. Гостев

------------------------

Библиография

  1. Словарь русского языка XI–XVII вв. Выпуск 22 (Раскидатися — Ряшенко) — Москва: НАУКА, 1997 г.
  2. Материалы для словаря древне-русскаго языка по письменным памятникам. Труд И. И. Срезневского. Том 3 — СПб: Типография Императорской Академии Наук, 1903 г.
  3. Толковый словарь живаго великорускаго языка В. И. Даля. Часть первая. А—З — Москва: Типография А. Семена. 1863 г.
  4. Толковый словарь живаго великорускаго языка В. И. Даля. Часть четвертая. Р—V — Москва: Типография Т. Рис. 1866 г.
  5. Толковый словарь живаго великорускаго языка. Владимира Даля. Второе издание, исправленное и значительно умноженное по рукописи автора. Том первый. А—З — Москва: Издание книгопродавца-типографа М. О. Вольфа. 1880 г.
  6. Толковый словарь живаго великорускаго языка. Владимира Даля. Второе издание, исправленное и значительно умноженное по рукописи автора. Том четвертый. Р—V — Москва: Издание книгопродавца-типографа М. О. Вольфа. 1882 г.
  7. Толковый словарь живого великорусскаго языка Владимира Даля. Третье, исправленное и значительно дополненное, издание, под редакциею проф. И. А. Бодуэна-де-Куртенэ. Том первый. А—З — Санкт-Петербург—Москва: Издание товарищества М. О. Вольф. 1903г.
  8. Толковый словарь живого великорусскаго языка Владимира Даля. Третье, исправленное и значительно дополненное, издание, под редакциею проф. И. А. Бодуэна-де-Куртенэ. Том третий. П—Р — Санкт-Петербург—Москва: Издание товарищества М. О. Вольф. 1907 г.
  9. Толковый словарь живого великорусскаго языка Владимира Даля. Третье, исправленное и значительно дополненное, издание, под редакциею проф. И. А. Бодуэна-де-Куртенэ. Том четвертый. С—V — Санкт-Петербург—Москва: Издание товарищества М. О. Вольф. 1909 г.
  10. Толковый словарь живого великорусскаго языка Владимира Даля. Четвертое исправленное и значительно дополненное издание под редакциею проф. И. А. Бодуэна-де-Куртенэ. Том первый. А—З — СПб-Москва: Издание товарищества М. О. Вольф. 1912 г.
  11. Толковый словарь живого великорусскаго языка Владимира Даля. Четвертое исправленное и значительно дополненное издание под редакциею проф. И. А. Бодуэна-де-Куртенэ. Том четвертый. Р—V — СПб—Москва: Издание товарищества М. О. Вольф. 1914 г.
  12. Владимир Даль. Толковый словарь. Том первый. А—З. Государственное издательство «Художественная литература», Москва, 1935 г. Предисловие А. Сухотина.
  13. Кондратов Н. А. История лингвистических учений: Учеб. пособие для студентов пед. ин-тов по спец. № 2101 «Рус. яз. и лит.» — М.: Просвещение, 1979. — 224 с., ил.
  14. В. И. Даль. О руском словаре. Речь, читанная в Обществе любителей российской словесности в частном его заседании 25 февраля и в публичном 6 марта, 1860 г.
  15. В. И. Даль. Полтора слова о нынешнем руском языке. «Москвитянин», 1842 г., № 2
  16. В. И. Даль. Недовесок к статье: полтора слова о руском языке.
  17. Сапожникова О. С. Соловецкий книжник Сергий Шелонин (Краткий обзор деятельности). С. 377–384.
  18. Автограф о. Сергея Шелонина: http://www. tvoyapechat. ru/articles1/ekslibrisy_iz_biblioteki/
Ctrl+Enter — отправить

Константин

Остается пожелать автору переиздать словарь Даля. Вот и потратили бы какой-нито гранд на полезное дело...

"в Сербии Исус до сих пор пишется с одним ‘и’ безо всякого смущения и последователями никоновских реформ, сербы за это не зазираются, как неправославные." - вот этот пассаж я так и не понял...
12 октября 2017
Ctrl+Enter — отправить

Аристарх

Спасибо автору за исследование, очень интересная статья! Мнение по поводу польского влияния на задвоение "с", бесспорно, имеет под собой основание: при переводе литовских текстов на польский язык, литовская литера "s", по звучанию соответствующая руСкой "с", в польском письме в некоторых случаях отражалась диграфом "sz". Например, имя литовского писателя и фольклориста Симонаса Даукантаса (лит. Simonas Daukantas), кстати, современника В.И.Даля, по-польски писалось как Szymon Dowkont. Диграф "sz" был и в старолитовском языке, там он означал звук [ш]. Со временем литовский язык избавился от диграфов-полонизмов "sz", "cz", "rz", заменив их самостоятельными фонемами "š" [ш], "č" [ч], "ž" [ж]. В современном литературном литовском языке "РоСия" пишется также лишь с одной "s" - Rusija.
12 октября 2017
Ctrl+Enter — отправить

Cергiй

се достоинънъ троудъ!
12 октября 2017
Ctrl+Enter — отправить