Керамика в убранстве русских православных храмов

Убранству православных храмов всегда уделялось особое внимание, и в этой красоте эстетическая и философская составляющие были неразделимы. Богословы придавали церковному убранству апостольское значение, а  писатель-агиограф Пахомий Логофет считал, что предметами церковь «разговаривает» с приходящими в нее людьми: «Аще и не гласом, вещми же паче проповедует и свое благолепие зрящим являет» [1]. В этом предметном ряду особое место занимает керамика. Художники-керамисты создавали неповторимые по красоте печи, изразцами украшали фасады храмов, а фарфоровые иконостасы были главным украшением и гордостью соборов и монастырей.

Фаянсово-эмалевый подсвечник церкви Преображения Господня в с. Голенково Тверской обл.

С принятием христианства на Руси церкви и наиболее значимые светские сооружения стали украшать многоцветными керамическими плитками. Русичи брали пример с Византии, а от этих глиняных изделий и произошли впоследствии изразцы. Нарядные керамические плитки применялись не только с целью украшения фасадов, они соответствовали и богословским понятиям христианства. Одной из главных целей христианского искусства с древнейших времен было наглядное раскрытие идеи света как одного из проявлений Бога. Сам Христос говорит в Евангелии: «Аз есмь свет». Поэтому храмы всегда украшались многоцветной мозаикой, золотыми и серебряными сосудами и цветными стеклами в окнах. Этой же цели служила и керамика. В состав пигментов, употребляемых древними мастерами, подмешивали пигменты, состоящие из прозрачных цветных кристаллов, которые имели блестящую поверхность и отражали свет.

В XIII-XIV столетиях в Пскове была распространена муравленая черепица, которая применялась для кровли православных храмов. Она, вероятно, и породила простые облицовочные плитки. С конца XV века на подкупольных барабанах псковских церквей появились керамические пояса-надписи, содержащие сведения о времени и строителях данного здания. В 1476 году псковские мастера построили в Троице-Сергиевой Лавре кирпичную Духовскую церковь с декоративным фризом у основания закомар, состоящим из терракотовых глиняных обожженных плиток с тисненным растительным орнаментом.
 

Изразцовые иконы Дмитрова и Старицы — единственные найденные на территории Древней Руси

В 1558-1561 годах Старицким князем Владимиром Андреевичем был построен шатровый собор Бориса и Глеба, имеющий несколько керамических икон. Известно также, что после разборки храма в XIX веке две из них, Распятие и Нерукотворный Спас, были перенесены на фасады ныне существующего Борисоглебского собора.

Керамическая икона Распятия Борисоглебского собора г. Старицы Тверской обл.

В начале ХХ века среди фундаментов Борисоглебского собора проходили археологические раскопки, при которых было найдены обломки поливной рельефной керамики. Характер орнаментов найденных изразцовых фрагментов — западноевропейский, близкий орнаментам итальянского Возрождения. Мастерство исполнения и прежде всего сам тип изделий — рельефная поливная керамика — представляются для Древней Руси явлением совершенно уникальным. Все найденные фрагменты были монохромно окрашены зелеными и желтыми глазурями.

Подобные изразцовые керамические иконы, достигающие весьма внушительной — трехметровой — высоты, на территории Московского государства встречаются еще только на одном памятнике — на Успенском соборе в Дмитрове, сооруженном в первой четверти XVI века. Это круглая икона Георгия Победоносца под сводами южной паперти собора и два Распятия с предстоящими в центральных закомарах его северного и южного фасадов. Происхождение икон Успенского собора в Дмитрове до сего дня остается невыясненным. Три дмитровские иконы тождественны по стилю и технике исполнения трем старицким.

Керамическое тондо «Чудо святого Георгия о змие»

Впервые находившийся на паперти «образ великомученика Георгия из плит финифтяных… древней работы» упоминается в описании городов Московской губернии 1787 года. Керамические распятия на южном и северном фасадах собора ошибочно охарактеризованы в Описи 1813 года как «штучные из лебастра», что и повторялось в последующих описях. В углублениях рельефов изразцов сохранились следы известковой покраски. Вероятно, покраска была сделана с целью придать изразцам более «классический» облик согласно вкусам начала XIX века. Многие исследователи датируют иконы Успенского собора серединой XVI века и сравнивают их с изразцами Борисоглебского собора города Старицы, отмечая, что иконы являются местной работой, характерной для центральнорусской скульптуры до новгородских традиций.

Керамическая икона на фасаде Успенского собора г. Дмитрова

Кроме этих двух старых уездных городов — Дмитрова и Старицы, изразцовые иконы на территории Древней Руси нигде больше не встречены. Изразцовых икон не знает ни XV, ни XVI, ни — за ничтожным исключением — даже XVII век.

 

Керамические иконостасы Новоиерусалимского монастыря — самые известные отечественные памятники 

Самым известным и крупным отечественным памятником является ансамбль Новоиерусалимского монастыря с обилием керамических иконостасов и архитектурных деталей. Как известно, патриарх Никон хотел воспроизвести в монастырском Воскресенском соборе архитектурный декор иерусалимского храма Гроба Господня, выполненный из мозаики и цветного мрамора. В России природный мрамор был слишком дорогостоящим, поэтому решили применить традиционные для Руси изразцы — плитки из обожженной глины. Начиная с 1660-х годов, в Воскресенском соборе было устроено и освящено девять приделов с керамическими иконостасами. Над керамическим убранством работали известные белорусские мастера: Пётр Заборский, Степан Полубес, Игнатий Максимов.

Керамический иконостас Воскресенского собора Ново-Иерусалимского монастыря

Кроме того, собор украшали изразцовые наличники икон, декоративные пояса, порталы и надписи. В конце XVII века изразцами были украшены барабан большой главы собора, парапеты хор и верхние ярусы храма. Большое символическое значение имеет керамический фриз, получивший в литературе названия «репьи», «павлиний хвост», «павлинье око». Это изображение представляло собой стилизованный цветок граната, похожий на глазки на перьях в хвосте павлина, и было достаточно широко распространено в декоре храмов Московской земли в XVII веке. Изразцы, изготовленные в Новоиерусалимском монастыре, представляют собой уникальную керамику, которая не имеет себе подобной в русском зодчестве [2].

Керамическое убранство фасада Воскресенского собора Ново-Иерусалимского монастыря

После керамических иконостасов XVII века история русского изразцового искусства долгое время не знала подобных примеров. Не случайно в середине XIX века исследователь изразцов Нового Иерусалима архимандрит Леонид (Кавелин), высоко оценивая керамические иконостасы собора, сожалел о том, что в его время «не нашлось охотников возобновить приложение ценинного дела к внутреннему украшению церквей» [3].

После этого долгое время никто в России не делал подобных иконостасов. Возобновил их производство Н.В. Султанов, который изучал историю изразца и публиковал архивные материалы по этой теме. Николай Владимирович проектировал иконостас для Благовещенской церкви села Новотомниково Тамбовской губернии, изготовленного в 1889 году на кирпичном заводе М.В. Харламова в Петербурге.

Керамический иконостас в церкви Благовещения Пресвятой Богородицы с. Новотомниково Тамбовской обл.

Фаянсовые иконостасы товарищества М.С. Кузнецова

Однако изготовление иконостасов по традиционной изразцовой технологии не получило развития. На рубеже XIX-XX веков в храмах стали возводить фаянсовые иконостасы. Их массовое производство и сбыт наладило «Товарищество производства фарфоровых, фаянсовых и майоликовых изделий М.С. Кузнецова». В старообрядческом журнале «Церковь» в статье «Новость в церковно-иконостасном строительстве» о свойствах и качествах фаянсового иконостаса написано так: «Иконостасы, киоты и подсвечники фаянсовые отличаются прочностью, красотой и изяществом, и так как они, будучи глазурованными, раскрашенными и позолоченными, обжигаются при очень высокой температуре, поэтому прочность красок и золота допускает держать их всегда в безусловной чистоте и опрятности. Пыль и копоть стираются с фаянсовых изделий бесследно. Фаянсово-эмалевые (керамические) иконостасы являются конкурентами деревянным и мраморным иконостасам. Деревянные иконостасы рассыхаются, вследствие чего резьба отваливается. А золото скоро тускнеет, а поэтому и требует скорого и дорогого ремонта и новой позолоты. Мраморные иконостасы тяжелые и не так красивы без резного рельефа, который слишком дорогостоящ в изготовлении. Если фаянсовый иконостас стоит при первоначальном устройстве, против иконостаса деревянного, несколько дороже, то впоследствии он, не требуя ремонта, обойдется несравненно дешевле деревянного» [4].

Первые иконостасы из фаянса были изготовлены в 1895 году на Тверском заводе Матвея Кузнецова (ныне — Конаковский фаянсовый завод). Производились и монтировались фаянсовые иконостасы довольно быстро и выглядели гораздо наряднее деревянных. Кроме того, при установке иконостаса было замечено очень ценное свойство: керамика не поглощает звуки, что благотворно сказывается на акустике, и поющий за богослужением хор звучит намного торжественнее.

Фрагмент фаянсово-эмалевого иконостаса церкви Преображения Господня в с. Голенково Тверской обл.

Придельный фаянсово-эмалевый иконостас церкви Преображения Господня в с. Голенково Тверской обл.

Разработку проектов иконостасов и их деталей Товарищество М.С. Кузнецова поручало ведущим художникам Москвы. Недаром в 1900 году на Всемирной выставке в Париже один из представленных иконостасов удостоился награды «Гран-При-де-Франс». Иконостас был создан совместными усилиями художника С.В. Краснощекова, скульптора Н.В. Аненского и точильщика С.И. Иванова. Роспись по позолоченной цинковой доске была исполнена иконописцем Пашковым из Москвы. Каждый цвет на иконостасе обжигался при специальной температуре, а некоторые его части помещались в печь по нескольку раз. В том же 1900 году это замечательное произведение, расписанное эмалью и майоликой, было куплено для православной церкви в городе Марианске-Лазне, близ Карловых Вар в Чехии. Этот иконостас сохранился поныне и привлекает большое количество туристов. Иконостас долгое время считался изделием немецких мастеров, и только исследования показали, что иконостас этот был выпущен в России.

Фаянсово-эмалевый иконостас церкви святого Владимира в г. Марианске-Лазне, Чехия Царские врата фаянсово-эмалевого иконостаса церкви святого Владимира в г. Марианске-Лазне, Чехия

При изготовлении деталей иконостаса использовалась современная для того времени технология и оборудование. Свидетельством тому служит факт приобретения в 1898 г. у Товарищества Винцер Кильн патента на изготовление и установку муфельных печей, которые были изобретены немецким живописцем И. Фюрбингером. В определенной мере это способствовало изготовлению уникальных фаянсово-эмалевых иконостасов.

Как правило, заказчиками фаянсовых иконостасов являлись частные лица, которые жертвовали их храмам. Так, купец Викула Морозов пожертвовал иконостас для Преображенского храма в селе Савино (ныне — город Железнодорожный Московской области). Иконостас церкви в Савино выполнен из отдельных блоков бело-розовых и лазоревых тонов, украшенных позолотой. Иконостас состоит из трех ярусов, в которых находятся тридцать три иконы. Его украшают букеты цветов, орнамент, колонны и капители, геометрические и фигурные медальоны.

Фаянсово-эмалевый иконостас церкви Преображения Господня с. Савино (г. Железнодорожный)

Очевидно, частными лицами был заказан иконостас и для храма Архангела Михаила в Талдоме. Храм в Талдоме был построен на средства государственных крестьян в 1800 году в стиле классицизма, а в конце XIX — начале ХХ вв. храм был перестроен и оформлен в русском стиле. Вероятно, именно тогда в храме был установлен фаянсово-эмалевый иконостас. Талдомский иконостас был окрашен в сочетании белого и нежно-голубого цветов до синевы с позолотой. Композиционным центром иконостаса являлись царские врата с возвышающейся над ними аркой, а по обе стороны царских врат симметрично располагались прясла. В богатых пластикой и вычурностью форм элементах очевидны черты русско-византийского стиля, где наряду с растительным орнаментом применялся геометрический рисунок. В иконостасе было более 40 различных по форме деталей: колонки, гирьки, розетки, виньетки, карнизы, детали обрамления икон и другие.

Фрагменты фаянсово-эмалевого иконостаса из церкви архангела Михаила г. Талдома Московская обл.

Если обыкновенно иконы писались на металле или на дереве и вставлялись в иконостас, то в Талдоме, по легенде, иконы были фарфоровыми. Они хранятся в фондах Талдомского историко-литературного музея и датируются 1880 годом, то есть это на полтора десятка лет раньше появления фаянсовых иконостасов. Следовательно, вряд ли они могли быть помещены в царские врата иконостаса, проемы для икон которых были совсем иной конфигурации. Фарфоровые иконы написаны Павлом Зваевым на фарфоровой фабрике Гарднера в Вербилках. Об этом живописце владелец завода писал так: «Из числа находящихся на заводе мастеров отличается поведением и знанием своего дела крестьянин Павел Васильевич Зваев, который, обучившись на заводе живописи на фарфоре, ныне сам занимается обучением этому искусству способных к тому мальчиков» [5]. Несмотря на то, что Павел Зваев нигде, кроме завода, не учился живописи, он являлся очень талантливым художником. Его работы отличались интересной композицией, свежестью и яркостью красок. Он любил расписывать не только вазы и сервизы, но и писать на фарфоровых пластах жанровые сцены. Это и побудило живописца заняться писанием икон на фарфоре.

Иконостас храма Архангела Михаила был уничтожен в годы Советской власти, когда при ликвидации церкви он был разобран и выброшен на улицу. Но сотрудники Талдомского музея с большой опасностью для себя спрятали фрагменты иконостаса в подвале музея, засыпав его слоем песка. При хранении в сыром подвале значительная часть изразцов была утрачена, при этом в первую очередь исчезли наиболее крупные и эффектные детали иконостаса. На сегодняшний день фрагменты уникального произведения искусства представлены в экспозиции Талдомского историко-литературного музея.

Икона на фарфоре святой апостол Марк (из фондов ТРИЛМ) Икона на фарфоре святой апостол Иоанн Богослов (из фондов ТРИЛМ)

Один из уникальных иконостасов стоит в Свято-Троицком храме Буэнос-Айроса, ошибочно его считали изделием фирмы М.С. Кузнецова. Однако так называемый американский заказ был выполнен Миргородской художественно-промышленной школой. В 1904 году иконостас был освящен вместе с придельным престолом во имя святителя Николы и святой Марии Магдалины — небесных покровителей императора Николая II и его матери, вдовствующей императрицы Марии Федоровны. Иконостас, предназначенный для далекой Аргентины, так очаровал членов общины Успенского собора в Миргороде, что они заказали копию. В середине 1930-х годов храм был закрыт, а иконостас демонтирован и перевезен в подвал керамического техникума. В настоящее время он является экспонатом музея Миргородского керамического техникума им. Н.В. Гоголя.

Керамический иконостас Троицкой церкви г. Буэнос-Айроса Фрагмент керамического иконостаса Троицкой церкви г. Буэнос-Айроса

В годы Советской власти мастерство изготовления керамических иконостасов было утрачено. Но в конце ХХ века это искусство было возрождено. Идея возрождения производства фаянсовых иконостасов является весьма актуальной, поскольку в настоящее время множество храмов нуждаются в воссоздании иконостасов или возведении новых.


Автор: Сергей Балашов, зам.  директора Талдомского районного историко-литературного музея

 

[1] Цит. по кн.: Бычков В.В. Русская средневековая эстетика (XI – XVII века). М., 1992. 
[2] Климкова М.А. История керамики русского православного храма. В кн.: Хоругвь: Сб. статей. Вып. 8. М., 2003
[3] Кавелин Л., архимандрит. Ценинное дело в Воскресенском, Новый Иерусалим именуемом монастыре // Вестник общества любителей древнерусского искусства. 1876. № 11–12.
[4] Цит. по: Савина Л. Фарфоровый иконостас // Памятники Отечества. Подмосковье. М., 1994. № 31. 
[5] Цит.по: Юрий Арбат. Фарфоровый городок. «Московский рабочий», 1957